Практики присутствия и хрупкость перехода: что посмотреть на ярмарке |catalog| — выбор BURO.

Владимир Куприянов — один из главных новаторов независимой сцены рубежа 1980–1990-х. Он умеет превращать фотографию в многослойный концептуальный объект. В серии «Киевская» Куприянов обращается к образу метрополитена как сакрального пространства, где сталкиваются помпезный советский официоз и частная жизнь горожан. Благодаря эффектам наложения и кадрирования архивные кадры становятся носителями живой культурной памяти. Метод художника меняет оптику зрителя: вместо отстраненного исторического исследования мы оказываемся внутри актуального переживания «общечеловеческого». Смелость замысла подчеркивает и сам факт съемок на стратегическом объекте, который в те годы редко снимали или рисовали независимые авторы.

Музыкант и микс-медиахудожник работает на стыке живописи и ручной печати, а еще занимается вышивкой, шитьем, литературой, керамикой и режиссурой. В произведении Summer Diary 4 он мастерски сочетает масляные краски с акриловой пудрой, создавая сложную, почти осязаемую фактуру поверхности. Его искусство приглашает к внимательному созерцанию повседневности. Тонкая ручная работа и меланхоличный настрой серии превращают холст в личный артефакт, напоминающий страницу из интимного дневника. Галерея Art&Brut в очередной раз подтверждает свой талант находить авторов, способных наполнить повседневность красотой, которая не требует жертв.

Художница 2024 года по версии фонда Cosmoscow продолжает исследовать лиминальные пространства — пограничные зоны между цивилизацией и диким ландшафтом. В работе «Две шаровые молнии» она использует свой фирменный аскетичный метод: максимум визуального напряжения при минимуме внешних эффектов. Природа здесь лишена идилличности и превращается в тревожное место, где главными героями становятся «нечеловеческие агенты» и фрагменты руин. Гарт мастерски погружает зрителя в состояние неопределенности, заставляя всматриваться в пустоту и искать в ней новые смыслы — между природой и культурой, прошлым и настоящим, видимым и скрытым.

Михаил Добровольский — художник с архитектурным бэкграундом. Его новая работа втягивает зрителя в диалог о роли личности в обществе тотального потребления и сверхскоростей. Отсутствие профильного художественного образования позволяет автору работать с материалом более свободно, миксуя разные медиумы. В экспозиции галереи «Х.Л.А.М.» его экзистенциальные поиски рифмуются с концепцией «усугубления крезы», становясь ответом на конкурентную среду современности. Это искусство прямого действия, которое не пытается понравиться, но бьет точно в цель, падая в объятия «ласкового безразличия мира».

Экспозиция галереи посвящена исследованию «переходных форм» и «междисциплинарных практик». Хрупкий баланс между разными смыслами дает зрителю пищу для размышлений. Иващенко, будучи членом-корреспондентом РАХ, использует безупречную академическую технику для передачи самого нестабильного, сиюминутного переживания. В «Побеге» он словно вскрывает конструкцию традиционного приема, превращая руины прошлого в обязательное условие существования настоящего. Искусство кажется осязаемым и ускользающим одновременно.

Выпускник Школы Родченко работает с повседневностью российской провинции, превращая обыденный Воронеж в ирреальный, почти волшебный мир. Его снимки — это случайно пойманные кадры, которые благодаря оригинальному ракурсу приобретают сюрреалистичный характер. На стенде галереи «Джессика» работа Савельева — часть исследования пограничных ментальных состояний и размытости границ нормы. Художник поэтизирует действительность, заставляя зрителя усомниться в устойчивости собственных представлений о «настоящести», — получается тонкая психоэмоциональная игра, где за обычным забором или окном скрывается нечто загадочное и пугающее.

Работа Данила Дэге идеально вписывается в концепцию стенда «метрики ценности», напоминая о важности сентиментального и личного в коллекционировании. Его живопись — мир искаженной перспективы, наива и насыщенной колористики, где рутинные действия обретают сакральный смысл. Для художника первоочередная ценность заключается в передаче красоты через эмоциональное ощущение объекта, а не его реальный вид. Сюжет с собакой в мастерской — это гимн повседневности и «радости узнавания», которая делает искусство бесценным для владельца.

Леонид Ротарь — художник с кинематографическим видением, чьи работы всегда несут в себе заряд масштабного нарратива и внутренней драмы. Окончив ВГИК, он применил в живописи свою особенную способность работать с пространством и светом — за это в 2008 году он получил номинацию на премию Кандинского. «Хоровод» — динамичное полотно, в котором прослеживается связь между архаичными образами и современным визуальным языком.

Творчество художницы строится на феномене визуальной парейдолии — способности мозга находить знакомые образы в абстрактных пятнах. В «Портрете» Филаретова создает пространство, где зритель за доли секунды «достраивает» лицо человека, опираясь на собственный визуальный опыт и память. Использование прозрачных масляных красок создает иллюзию расфокусировки, заставляя изображение мерцать и ускользать. Каждый видит в этой работе что-то свое, наделяя случайные мазки уникальным характером и эмоцией. Это интерактивный процесс распознавания — мозг зрителя становится полноценным соавтором художественного произведения.

Художник с мировым именем, чьи произведения хранятся в Тейт Модерн и Центре Помпиду, работает с идеей исчезающего изображения, когда форма растворяется в пограничных, размытых образах. На стенде «Тираж 1/1» создали пространство замедления, где зритель может пережить состояние внимательного телесного присутствия. Работа «Никого, кроме звезд» фиксирует момент уязвимости и хрупкости, призывая к тишине и концентрации. Это редкий для шумной ярмарки формат, превращающий просмотр искусства в медитативный опыт и акт глубокой рефлексии.