Поиск

Музыкант Стивен Ридли в Zoom-интервью: «Глобальному потеплению нужна такая же сильная PR-кампания, как у коронавируса»

Музыкант Стивен Ридли в Zoom-интервью: «Глобальному потеплению нужна такая же сильная PR-кампания, как у коронавируса»

Интервью: Лиза Отарашвили


В России у пианиста и вокалиста Стивена Ридли внушительная фан-база — от первых лиц и светских персон до наших школьных друзей. Ридли играет на пианино с раннего детства, но сделать музыку своей профессией решил уже в зрелом возрасте — после престижного вуза, карьеры в инвестиционном банке и обеспеченной, но, как он сам говорит, несчастливой жизни.

Во время телемоста Москва — Лондон музыкант рассказал BURO. о музыке, людях и о том, как они изменятся после пандемии. Разговор о социальных сетях, ответственности и жизненных ориентирах мы завершили забавным мини-квизом и вопросами, как в школьной анкете.

Музыкант Стивен Ридли в Zoom-интервью: «Глобальному потеплению нужна такая же сильная PR-кампания, как у коронавируса» (фото 1)

Накануне нашего разговора вы делали запись своего выступления на улицах Лондона. Чему посвящена эта серия видеороликов и как все прошло в условиях карантина?

Серия видео называется «Песня для всего мира». А началось все в первый день карантина в Лондоне. Я летел из Лос-Анджелеса, где жил полгода и писал музыку для одного фильма, в Москву на концерт в отеле «Метрополь», а на следующий день вернулся в Лондон. Я ничего не понял: Лондон был какой-то другой, люди странно смотрели на меня в метро, с каким-то подозрением, хотя обычно лондонцы очень приветливые и дружелюбные, всегда улыбаются. Тогда я еще ничего не знал про коронавирус, потому что много работал и путешествовал. Оказалось, что буквально за три часа до того, как я спустился в метро, объявили, что с завтрашнего дня город будет закрыт, не будут летать самолеты, люди не будут ходить на работу — закроется все. А я узнал об этом уже дома по возвращении из аэропорта.

Мне стало грустно, я сел за пианино и начал играть в качестве терапии песню «Imagine». И тогда я придумал, что пойду на станцию метро King’s Cross, где обычно тысячи прохожих, и сыграю «Imagine» для людей в последний день перед изоляцией. К девяти вечера станция была абсолютно пустая, ни одного человека — я никогда в жизни такого не видел. Несмотря на пустоту, я решил все равно сыграть и записать выступление для всего мира. Мне помог друг. У этого видео уже несколько миллионов просмотров, более 15 000 шеров, я получил сотни электронных писем от людей со всего мира после его релиза. Это очень круто! Тогда я и решил, что надо сделать серию, потому что музыка помогает людям в это непростое время.

Второе видео мы сняли в 4 утра около Тауэрского моста: приехали туда на рассвете, установили пианино в самом центре площади, вокруг не было ничего и никого, но за две минуты приехала военная полиция, потому что у нас работали два дрона и собралась небольшая съемочная команда. Мы все были одеты в черные худи, потому что было очень холодно, и выглядели как те, кто собрался украсть королевские драгоценности. Полицейские мне не поверили, конечно же, но в итоге мы все сделали под их пристальным наблюдением. После я хочу снять еще шесть видео в необычных локациях, на которых буду петь песни, объединяющие мир.

Как проходит ваша изоляция в Лондоне? Какой урок вы для себя вынесли и чему научились?

Эпидемия, на мой взгляд, расставила для людей правильные и настоящие приоритеты. Я понял, что тратил очень много времени на вещи, которые, как оказалось, совершенно не важны для меня. Первое и главное, что я осознал, — я не люблю изоляцию. Лондон — очень социальный город: здесь люди встречаются друг с другом каждый вечер, вместе ужинают. Сейчас город не похож на себя и в воздухе какие-то странные вибрации.

Я научился трем вещам. Во-первых, полюбил социальные сети, на которые раньше не обращал внимания с точки зрения человечности. То есть я, конечно, постил фотки, смотрел, сколько они соберут лайков, но я не интересовался, кто мои фолловеры — мне было интересно только выступать со своими шоу и писать музыку. Сейчас же у меня появилось время на то, чтобы проводить онлайн-концерты, смотреть аккаунты подписчиков, знакомиться и общаться с ними — для меня это большое открытие.

Во-вторых, я научился готовить. Я не испек банановый хлеб, как это сделали многие на карантине, потому что сел на кето-диету: все спортзалы закрыты, поэтому я решил более тщательно и правильно питаться. А еще мне понравилось выбирать в супермаркете хороший кусочек сыра, свежие овощи, затем дома включать Фрэнка Синатру и под него готовить. Это ритуал и медитация для меня. И мое любимое — это сильно проголодаться, очень-очень сильно, а потом начать есть.

Третья вещь, которую я научился ценить, — это дружба. Моя жизнь состоит из общения, и каждый день я встречаю много новых людей, но на самом деле я жил довольно одиноко, потому что летаю часто один или с одним ассистентом. Сейчас же я звоню маме каждый день и мы болтаем по видеосвязи с племянницей, которая как раз сейчас начала учиться музыке, — она мне играет. Первое, что я сделаю после карантина, — куплю билеты в Италию для моей семьи, где мы под одной крышей будем проводить время вместе и готовить, потому что теперь я умею.

Музыкант Стивен Ридли в Zoom-интервью: «Глобальному потеплению нужна такая же сильная PR-кампания, как у коронавируса» (фото 2)

В одном интервью вы сказали, что самое худшее — это безразличие. В чем заключается безразличие на глобальном уровне в ситуации с пандемией, которая унесла тысячи жизней? Как можно перебороть это безразличие сейчас и после нее?

Люди поддаются влиянию «громких голосов» этого мира, которые продвигают негативный сценарий истории с коронавирусом, потому что такой вектор получает больше внимания, но это вообще не говорит о том, что такая картина реальна. Мне кажется, общество воспринимает коронавирус слишком серьезно. В Великобритании в месяц от вируса погибло около 1 000 людей, но более 1 000 000 умирают от сердечных болезней. Над этим стоит подумать.

Люди много волнуются из-за небольшой проблемы, но проявляют глобальное безразличие к серьезной опасности: не заботятся о своем образе жизни (питании и физических нагрузках) и о состоянии планеты. Если бы у глобального потепления была бы такая же сильная PR-кампания, как у коронавируса, это было бы отлично! Я ни в коем случае не преуменьшаю серьезность и опасность вируса, но я правда не понимаю, почему мы не задумываемся о том, что каждый день тысячи людей умирают от того, что им нечего есть, что миллионы умирают от болезней из-за нездорового образа жизни.

Люди надевают маски, чтобы пойти в супермаркет и купить вредной еды, которая убивает и разрушает их, а мои же друзья-музыканты, которые употребляют наркотики и курят траву, не приходят на звукозаписывающие студии из-за коронавируса. Я им говорю: «Вы умрете в 40 лет! Вы потребляете кокаина больше, чем я ем овощей. И вы реально переживаете из-за вируса?»

После того как мы все выйдем на улицу и сможем встретиться, изменятся ли взаимоотношения людей и потребительские привычки?

Многие говорят, что сейчас происходит конец света, но у меня оптимистичный взгляд на то, что будет после. Люди любят работать — это привилегия для них. И я уверен, что после изоляции все выйдут отдохнувшими, вдохновленными и с ощущением свободы. Мы вернемся, чтобы поставить новые цели, а отсюда — усиленная продуктивность, и мотивация.

Конечно, отношения между людьми улучшатся, потому что, когда ты теряешь что-то, например, социальные связи, то начинаешь это ценить. Человеческие взаимоотношения точно займут первое место и будут иметь особое влияние на событийный бизнес, на ресторанную индустрию, индустрию отдыха и развлечений — они переживут второе рождение.

Музыкант Стивен Ридли в Zoom-интервью: «Глобальному потеплению нужна такая же сильная PR-кампания, как у коронавируса» (фото 3)

Что вы сделаете в первую очередь, когда закончится ваша изоляция?

Я очень хочу увидеть свою маму и устроить ей совместные каникулы, побаловать ее. В последние годы я был не очень хорошим: много работал и путешествовал. Мама сейчас на пенсии, сидит дома одна, папа умер. Она работала медсестрой в роддоме на протяжении 40 лет. Сейчас я звоню ей каждый день. У нее был день рождения 9 мая, и я в первый раз поздравил ее вовремя, даже заранее отправил открытку и для этого провел на почте четыре часа, послал ей большой букет цветов. Она такая замечательная, а до карантина я принимал ее просто как должное. Буду брать маму с собой на свои концерты, потому что хочу, чтобы она ездила вместе со мной, и буду беречь ее еще больше.

В изоляции мы слушаем музыку чаще и стали более чуткими в подборе мелодий под настроение. Может случиться, что люди еще изменят и отношение к искусству?

Из того, что я вижу сейчас, исходя из взаимодействия с моими подписчиками, я твердо уверен, что искусство действительно значимо для людей. Я получаю несколько сотен сообщений в директ о том, как людям нравится музыка, что она их вдохновляет, что они с нетерпением ждут live-трансляций. Лично я очень ценю и люблю то, что привносят в мир люди искусства, и я рад и горд быть частью этого сообщества. Как же здорово, что люди становятся художниками и музыкантами.

У меня есть академия, где воспитываются музыканты и артисты, где они учатся петь, играть на пианино, выступать на сцене. Сейчас, во время изоляции, у нас настоящий бум. Я вижу, как многие наконец позволяют себе создавать искусство, а не только его потреблять. Я уверен, эта тенденция продолжится.

Музыкант Стивен Ридли в Zoom-интервью: «Глобальному потеплению нужна такая же сильная PR-кампания, как у коронавируса» (фото 4)

Что сегодня на повестке дня у вас и ваших коллег из музыкальной индустрии? Есть ли уже прогнозы, как изменится мир музыки?

До того как стать музыкантом, я работал в финансовой сфере — был инвест-банкиром. Каждый инвестиционный банк, каждый его сотрудник делает одно и тоже и действует по одному и тому же плану. Самое лучшее в музыкальной индустрии — то, что все делают разные вещи, разную музыку и у каждого своя стратегия.

У меня было 39 запланированных шоу на время карантина и все, естественно, отменились. Я придумал, как восполнить этот пробел, и начал устраивать онлайн-концерты. В прошлом году летом у меня было 90 концертов, в этом году — ноль. Конечно, мне приходится как-то адаптироваться к этому. Что я сделал? Я стал писать больше собственной музыки и песен, так как появилось больше времени. Я начал вести социальные сети и достаточно успешно. В день на меня подписываются от 5 до 10 тысяч человек.

В прошлом году я выступал со Стингом, U2, Робби Уильямсом, Sia, играл для королевы, Путина, Обамы и Джорджа Клуни — и все это случилось только благодаря сарафанному радио, и мне не пришлось тратить ни цента на рекламу, выпускать новые песни и записывать видео для социальных сетей. Сейчас же бизнес меняется: есть люди, которые готовы платить за шоу по FaceTime — я уже давал такой частный онлайн-концерт по Zoom. Я не могу сказать, кто это был, так как подписал договор о неразглашении, но эта голливудская звезда — один из героев «Титаника» (смеется). Были еще 20 его друзей, они пили вино, и за то, что я сыграл из своей спальни, я получил 25 000 долларов.

Мир всегда бросает нам вызов, но у нас есть выбор: позволить внешним факторам взять все под контроль или самим взять контроль над своей жизнью. «Мои шоу отменены? Окей. Я потерял деньги? Окей». Но я воспринял это время как возможность улучшить свой продукт, и у меня уже получается. За других артистов говорить не могу, потому что музыкальная индустрия слишком разнообразна.

Нравится ли вам Москва? Хотели бы приехать сюда с концертом в ближайшем будущем?

О, я очень люблю Москву! Мой будущий концерт в Москве уже запланирован на 4 декабря в Доме музыки — даты были перенесены с октября. Я люблю Москву и Санкт-Петербург, но люблю эти города по-разному. Москва — агрессивная, быстрая, а Питер — такой медленный и такой красивый! Я не знаю, из чего состоит душа, но я точно знаю, что моя душа — русская. И я не знаю, почему я родился в таком теле, почему я говорю по-английски, почему у меня такие смешные зубы и уши, но, когда я приезжаю в Россию, то чувствую себя как дома. И так было с самого начала, хотя я и не ожидал этого!

У меня есть несколько лучших друзей, некоторые из них — русские. Одни из самых лучших моих концертов — в Москве: люди в полном восторге, они так проникаются музыкой, и даже без алкоголя! Россия — чудесная страна, но прежде всего потому, что в ней живут хорошие люди. И я чувствую ответственность рассказать всем об этом — в моей стране и в других местах. Когда я где-то бываю, я всегда рассказываю о России. И поверьте, когда я говорю о вашей стране, никто мне не верит и приходится показывать видео с концертов.

Есть какие-то конкретные места в Москве, которые вам особенно полюбились?

Однажды я давал несколько шоу, между которыми было три-четыре дня перерыва. Я снял квартиру с пианино на Патриарших прудах через Airbnb, вообще не хотел выходить оттуда, так меня вдохновило это место. Меня звали на ужины, на вечеринки, но я просто выключил телефон, задвинул шторы, чтобы не видеть дневной свет, и писал музыку. Три раза в день мне доставлял еду ресторан Cutfish — на его еде я жил примерно месяц. Постоянно ел тунца-васаби, просто жить без него не мог. А еще у меня в то время был друг, который работал в баре «Вода», где очень вкусные коктейли. И он приносил мне каждый вечер только один джин-сауэр в стеклянном стакане, и я не знаю, как он это делал, но стакан всегда был заморожен, каждый вечер. Он просто приносил коктейль, не здоровался со мной, не пытался заговорить, потому что он понимал, что я тогда был погружен в какую-то свою реальность, и уходил.

Еще я очень люблю пельмени. Я ел разные вкусные пельмени в дорогих ресторанах в Москве, но мои любимые — в аэропорту Перми. Они стоят 150 рублей, мне кажется, внутри — конина, но они такие вкусные. Одно из лучших блюд на земле для меня! Это не шутка! Прошлым летом у меня было шоу в субботу в Москве, а другое — в воскресенье в Санкт-Петербурге. Я купил ночной рейс через Пермь только для того, чтобы поесть эти пельмени. Съел три порции и улетел.

Музыкант Стивен Ридли в Zoom-интервью: «Глобальному потеплению нужна такая же сильная PR-кампания, как у коронавируса» (фото 5)

А владельцы этого заведения в Перми знают, что у них есть такой преданный гость?

Думаю, нет. Интересно, что у них, наверное, худший сервис в мире. Они отказываются говорить не по-русски, а я не знаю языка. Думаю, я им даже не нравлюсь.

Что вы можете посоветовать тем, кто хочет начать разбираться в музыке?

Это будет реклама моей академии, но я правда придумал то, чего раньше не было. Музыкальное образование не менялось на протяжении 300 лет. Людей до сих пор обучают на латыни, существуют символы, которые никто не понимает. Эта система все еще очень сложная и запутанная, и, как показывает практика, она уже устарела. Более 90% людей перестают заниматься уже на первом году обучения.

Я познакомился с музыкой, когда мне было два года, начал учиться самостоятельно. У меня были очень высокие отношения с музыкой, больше даже эмоциональные, а не на уровне знаний. Я не думаю, когда я говорю, когда хожу, вот так же было и с музыкой — она была частью моей коммуникации с миром.

Как-то я разговаривал с Хансом Циммером на его мастер-классе, и спросил: «Ханс, ты знаешь почему мы называем инструмент „пиано“?» И он не смог ответить. На самом деле, оно происходит от двух слов — «пиано», что означает «тихий, спокойный», и «форте», что значит «громкий». И мы продолжаем говорить пиано или пианино, потому что раньше у инструмента была только одна громкость. Если ты знаешь, почему оно так называется, ты уже можешь понять, как ты должен на нем играть. Кто-то играет мягко, приятно, а другие просто нажимают на клавиши со всей силы. Как мне нажимать на клавиши? Как мне двигать пальцами? Столько вопросов в голове, на которые в классической системе образования нет ответов. Музыканты не двигают пальцами, как в обычной жизни, поэтому один из первых уроков в моей школе — это йога для рук.

Мы запустили школу несколько месяцев назад, и у нас уже около 400 учеников. Среди них есть даже парень с шестью статуэтками «Грэмми» и есть один известный российский рэпер. Курс достаточно дорогой, но это как с Rolls Royce — хорошие вещи всегда дорогие, тут уж извините. Я работал над ним долгие годы и считаю этот проект лучшим, что я когда-либо создал. У меня есть две мечты. Первая — я хочу собирать стадионы и чтобы 90-тысячная публика пела вместе со мной мои песни. Вторая — я хочу вырастить миллион артистов с в моей школе. Я женат на этой цели, не смотрю на другие, не ищу их, я хочу достичь именно этого.

То есть история музыки не так уж важна в познании музыки?

Я ни в коем случае не говорю ничего плохого про историю музыки, никак не преуменьшаю ее значение. Мне просто кажется, что она не так важна, когда ты выстраиваешь свои собственные отношения с музыкой, потому что это твой собственный путь, это только про тебя. Тебе для этого не нужна история и теория. Я просто должен показать тебе, как это работает, а потом уйти с твоей дороги и дать тебе исследовать ее, развивать эти отношения самостоятельно.

Музыкант Стивен Ридли в Zoom-интервью: «Глобальному потеплению нужна такая же сильная PR-кампания, как у коронавируса» (фото 6)

Получается, вашу музыку нельзя отнести к какому-то направлению?

За всем шумом вокруг меня, за тысячами людей, которые смотрят мои эфиры в инстаграме, не стоит ничего — у меня даже нет своего альбома. У меня 300 000 подписчиков, а я не выпустил ни одной собственной песни. Я создаю не спланированные заранее перформансы — это то, чем я привлекаю публику.

В прошлом году я играл в рамках Формулы-1 Гран-при Монако на мероприятии для клиентов джета Gulfstream G4. Организаторы хотели, чтобы все было четко спланировано, им было важно даже знать порядок песен. Им не понравилось, когда я сказал, что собираюсь сначала почувствовать атмосферу и энергию в воздухе, а потом начать играть. В итоге я зашел в комнату, где каждый был в дорогом костюме с максимально серьезным выражением лица. Я все почувствовал и решил снять обувь, а затем вбежал на сцену, вскочил на стул и громко закричал: «Вы готовы?». Все посмотрели на меня и подумали: «Это кто вообще? Что за сумасшедший британец?»

Я попросил всех снять туфли и сесть на пол, а организаторам велел вынести все стулья из комнаты. По плану я должен был выступать полчаса, но мы сильно задержались. Эти миллиардеры веселились, радовались, пели вместе со мной вокруг пианино, при этом никто не пил — так все были увлечены музыкой. Если я что-то планирую, то я очень ограничен, но в жизни же все не так — ты наблюдаешь за обстановкой и реагируешь на нее.

Меня любят и приглашают выступать, потому что никогда не знают, что в итоге получится. И даже если меня зовут пять раз одни и те же люди, всегда получается что-то разное и всегда новое.

Сейчас мне пора писать собственную музыку. Уже пробовал играть песни в стримах и людям они нравятся, уже даже есть каверы на них — это меня подстегивает и мотивирует. Да, у меня нет миллиона долларов, чтобы сыграть с оркестром, но я и сам могу быть оркестром, потому что я чувствую энергию аудитории. Я бы и рад определить направление своей музыки, но пока это все же перформанс.

Музыкант Стивен Ридли в Zoom-интервью: «Глобальному потеплению нужна такая же сильная PR-кампания, как у коронавируса» (фото 7)

Ваш любимый мем в социальных сетях?

Мне очень нравится один аккаунт в инстаграме, где собраны все ужасные шутки, которые рассказывают своим детям отцы.

Человек, который может вас рассмешить?

Меня очень легко рассмешить, и мне стыдно в этом признаться, но в первую очередь это я сам: я смеюсь над своими шутками громче, чем над чьими-либо еще. И да, у меня ужасное чувство юмора. Второй человек — это мой брат. Помню, мы были в Альпах: вокруг красивые горы, чистый воздух, все склоны открыты, только один, самый высокий, был закрыт из-за нелетной погоды. Я посмотрел на брата, а он сидел грустный и о чем-то думал. Я спросил, что случилось, а он ответил: «Склон закрыт из-за плохой погоды, это же ужасно». Мы в таком раю, а он все думает про один-единственный закрытый склон. Он обязательно найдет негатив, даже если все будет хорошо, и это очень забавно.

Книга, фильм и песня, которые вас вдохновляют?

Из фильмов — «Последний самурай», «Знакомьтесь, Джо Блэк» и «Повар на колесах».

«Маленького принца» я могу цитировать, столько раз читал эту книгу. «Чайка по имени Джонатан Ливингстон» Ричарда Баха. А сейчас я читаю учение Свами Даянанды «The Teaching of the Bhagavad Gita». Каждый день у меня новые любимые песни — если вы спросите завтра, они будут совершенно другие. Но сейчас мне нравятся песни The Rolling Stones из альбома «12×5», хиты Нины Симон и очень романтичный альбом «In Between Dreams» Джека Джонсона.

Любимое блюдо для поднятия настроения?

На первом месте — пельмени из Перми. Еще есть маленький ресторан с ужасным дизайном в Монако «Il Trattoria», где я обожаю есть трюфельную буррату за 40 евро. В последний свой приезд я съел восемь порций. Третье блюдо — йоркширский пудинг, традиционный английский десерт, который готовит моя мама.


Природа или мегаполис?

Природа.

Стихотворения или роман?

Роман.

Классический костюм или стильная функциональная одежда?

Классический костюм.

Поцелуй или объятия?

Поцелуй.

Техно или джаз?

Джаз.

Москва или Нью-Йорк?

Москва. Я ненавижу Нью-Йорк.

Лондон или Париж?

Лондон. Париж — это город, который разочаровал меня больше всего на свете. Как можно было испортить такую красоту и наследие мусором и грязью? Может быть, сто лет назад он и правда был прекрасен.

Мне нравятся Москва и Лондон, это города, в которых постоянно что-то происходит и строится новое, но оно органично вписывается в текущий ландшафт. Это очень чистые города и за ними следят. Конечно, там тоже есть свои проблемы, например, разрушение и дурацкая реконструкция исторических зданий. Но мне нравится, что москвичи борются за свой город и отстаивают его внешний вид. И вы, как медиа, явно им в этом можете помочь!

Статьи по теме

Подборка Buro 24/7

Оставьте комментарий