Поиск

Екатерина Агеева из «Феи» в Zoom-интервью: «В ГИТИСе все говорили, что кино это разврат и ужас, а театр — святыня»

Екатерина Агеева из «Феи» в Zoom-интервью: «В ГИТИСе все говорили, что кино это разврат и ужас, а театр — святыня»

Интервью: Лиза Отарашвили


На «Кинопоиск HD» вышла «Фея» Анны Меликян — первая онлайн-премьера для режиссера и последняя глава в трилогии, в которую входят «Русалка» и «Звезда». Она (Екатерина Агеева) — взбалмошная активистка, мечтающая стать то художницей, то моделью, то актрисой под псевдонимом Триер в честь любимого режиссера Ларса фон Триера. Он (Константин Хабенский) — властный и контролирующий все владелец крупной компании видеоигр. В его последнюю разработку — VR-игру «Коловрат» — рубятся во всем мире, но московская нацистская группировка использует символику и показывает ключевой жест персонажа в насильственных видео, которые выкладывает в Сеть. После встречи герои многое переосмысливают на фоне трагедии и потерь.

BURO. поговорило с Екатериной Агеевой о том, похожа ли она на свою героиню и каково это проходить кастинг и сниматься у Меликян. Вопросы, как из школьной тетрадочной анкеты, мы тоже задали.

Как вы попали к режиссеру авторского кино и сразу на главную роль?

 

Около 8 лет назад я училась в ГИТИСе на первом курсе. Тогда я снимала комнату на Никитском бульваре и однажды вышла ночью подышать воздухом. Ко мне подошел человек и спросил, актриса ли я, я сказала, что да. И потом он просто предложил мне сходить на кастинг к Ане Меликян. На следующий день я пришла к ней в офис на Камергере: выходит какая-то девушка, здоровается, говорит, что она Аня, начинает задавать мне веселые вопросы, я же разговорилась, было весело — так прошли мои первые в жизни пробы. Но я пришла на фильм «Звезда».

 

Мы начали репетировать, все стало серьезно, и мне сказали, что съемки будут осенью, а я как раз должна была играть Татьяну в выпускном спектакле «Евгений Онегин». Тогда я предложила сниматься по ночам или мне придется отказаться. Аня сказала, что никто меня с моей внешностью никогда снимать не будет — только она. В ГИТИСе все говорили, что кино — это разврат и ужас, а театр — это святыня. Но я безумно полюбила Аню и была поражена, как она проводит кастинг и репетирует.

Вместо вас в «Звезде» сыграла Тинатин Далакишвили. Как все в итоге переросло в «Фею»?

 

Спустя 6 лет Равшана Куркова привела Аню на мой спектакль. Я заметила ее со сцены и была счастлива, потому что не видела ее много лет. Аня снова позвала меня к ней в офис, где мы долго говорили, и зимой 4 года назад она прислала сценарий, где была моя героиня из «Феи».

Екатерина Агеева из «Феи» в Zoom-интервью: «В ГИТИСе все говорили, что кино это разврат и ужас, а театр — святыня» (фото 1)
Екатерина Агеева из «Феи» в Zoom-интервью: «В ГИТИСе все говорили, что кино это разврат и ужас, а театр — святыня» (фото 2)
Екатерина Агеева из «Феи» в Zoom-интервью: «В ГИТИСе все говорили, что кино это разврат и ужас, а театр — святыня» (фото 3)

Складывается впечатление, что вы и ваша героиня очень близки.

 

Мне многие говорят, что я сыграла себя, и Аня тоже так считает, но я с этим не согласна. Роль писали, как оказалось, под меня. Первый монолог в фильме в лифте — это мои реальные истории, которыми я делилась с Аней после нашей встречи в театре: про Ларса фон Триера и про Париж, куда я хотела поехать, чтобы стать моделью. Когда я первый раз прочла это, то была в шоке, что читаю свой же монолог. Это суперистория о том, что твое от тебя не уйдет.

Почему же вы тогда не согласны, что Таня — это художественное воплощение вас?

 

Это связано с посылом, что надо улыбаться. Да, я много улыбаюсь, но суть все-таки в фильме и в моей жизни разная. Может быть, я была такой, как Таня, лет 10 назад, но сейчас я более приземленная, ироничная и не такая святая и отлетевшая. Мне нравится, когда все просто и человек не играет, а в актерской среде это частое явление. Мне это в последнее время совершенно не близко, и когда начинается игра, я сразу это вижу, и мне перестает быть интересен человек.

Вашу героиню не так просто понять — она точно не ролевая модель и явно неоднозначный персонаж для российского кино.

 

Произошла интересная штука: я, когда читала сценарий, изначально представляла ее другой - что она должна быть стопроцентно положительной и святой девушкой, а когда посмотрела готовый фильм, то я поняла, что в ней есть минусы: она маленькая и незрелая, действительно пока не понимает, что такое любовь. Константин Юрьевич говорил, что она глупая девочка, а меня это так ранило, потому что я считала ее идеальной. Потом я поняла, о чем он. 

Екатерина Агеева из «Феи» в Zoom-интервью: «В ГИТИСе все говорили, что кино это разврат и ужас, а театр — святыня» (фото 4)
Екатерина Агеева из «Феи» в Zoom-интервью: «В ГИТИСе все говорили, что кино это разврат и ужас, а театр — святыня» (фото 5)

 

Танина фраза «зачем мне этот мир, если он меня не любит» как раз обнажает ее совсем юношеское отношение к любви. Только к концу фильма она приходит к реальному пониманию, что такое любовь, что это более глубокое чувство, не подразумевающее всегда пребывание вместе, например. Любовь - это когда ты хочешь, чтобы другому человеку было хорошо. По началу она совершенно без царя в голове. Там все герои приходят к чему-то подобному, потому что никто из них не умеет любить. Меня друзья спрашивали, почему Таня влюбилась в Женю, ведь он ничего такого не сделал. Со стороны всегда легко судить, но у нее были причины — она считала, что он ее спас.

Каково это — влюбиться просто так, без причины? Больная ведь тема для многих.

 

Я создавала иллюзии. Например, если он мне не пишет, то у него слишком большие ко мне чувства, которых он боится, потому что он зажатый. В этих фантазиях пребывает большое количество женщин и девушек. Сейчас мне это смешно: если человек хочет, то он берет и делает, не хочет — не делает.

 

Кстати, во время карантина поняла, что мне очень хочется отдавать любовь, не ожидая ее в ответ. Когда ты это делаешь, то самому хорошо, а когда ждешь взаимности, то выходит говно. Я поняла, какой это кайф, но раньше у меня это было на автомате, а сейчас уже осознанно. И я всегда восхищалась людьми, которые, даже когда все плохо, находят что-то хорошее — это сложно и достойно. Когда человек вечно ходит с кислым лицом — это легко.

Расскажите про Меликян. Какие у вас были отношения на площадке?

 

На съемках все происходило в любви и доверии — вся площадка обожает Аню. Она по крупицам ищет людей, подбирает команду и в итоге создает что-то уникальное. Все в команде очень стильные, красивые люди.

 

Была сцена, где я в храме смотрю на икону. Аня сказала всем, что надо оставить меня с включенными камерами и пусть это займет столько времени, сколько понадобится. Мы стояли минут 20 в тишине. Она прекрасно чувствует человека, умеет доверять и дает возможность. Если сравнивать с чем-то, то ее работа — как ручное шитье в высокой моде, а не машинное клепание стежков.

Екатерина Агеева из «Феи» в Zoom-интервью: «В ГИТИСе все говорили, что кино это разврат и ужас, а театр — святыня» (фото 6)
Екатерина Агеева из «Феи» в Zoom-интервью: «В ГИТИСе все говорили, что кино это разврат и ужас, а театр — святыня» (фото 7)
Екатерина Агеева из «Феи» в Zoom-интервью: «В ГИТИСе все говорили, что кино это разврат и ужас, а театр — святыня» (фото 8)

С какими режиссерами хотите еще поработать?

 

Ларс фон Триер, конечно. Еще Уэс Андерсон и Педро Альмодовар.

А какая была история про письма этим режиссерам?

 

Когда я закончила институт, меня никто не звал на пробы. В какой-то фильм меня не утвердили, сказав, что я ужасно некрасивая девушка. Пытались сделать меня получше, нацепив на меня светлый парик, из-за чего я очень расстроилась. Когда пришла домой, я отправила Ларсу фон Триеру, Уэсу Андерсону и Педро Альмодовару электронные письма: там был текст и мои фотографии.

 

В какой-то момент с адреса Триера мне приходит ответ. Я всегда хорошо говорила и читала по-английски, но я не знаю, что тогда со мной произошло: на радостях я открыла письмо, и мне показалось, что он реально меня зовет. Я подскочила, начала бегать по квартире, собрала чемодан и решилась лететь в Данию. Пришел мой друг и сказал, что надо снять об этой истории фильм и подождать месяц. Я в итоге к Триеру не поехала, а спустя четыре года решила все-таки прочесть то ответное письмо, в котором было написано, что я написала не на тот адрес. Я до сих пор не понимаю, как мне могло показаться, что он меня зовет. Это к тому, что мы видим то, что хотим.

Фильм построен на мистификации с легким флером волшебства. Расскажите о каком-нибудь вашем особенном состоянии.

 

Вся моя жизнь на протяжении четырех лет в ГИТИСе в мастерской Олега Львовича Кудряшова: я находилась там с утра до ночи, а иногда и всю ночь — это было самое безумное и классное время. До сих пор считаю ГИТИС самым лучшим местом в Москве, где возможно учиться актерству. Годом ранее я училась в Щепке, и мне приходилось там играть всех женщин с Урала: бабок и проводниц. Там считается, что если у тебя коса до пояса и ты симпатичная, то ты героиня, а если нет — острохарактерная актриса. Вот это была я.

Представим, что изоляция закончилась и вам тут же говорят колкую фразу из фильма: «Пойдем пожрем?»

 

Я живу рядом с Усачевским рынком и часто там ем. Меня и сейчас зовут туда есть (можно взять навынос), но я надеюсь, что кто-то еще позовет. Я бы пошла в «Братья Караваевы», потому что люблю их лосось с пюрешечкой. А кто позовет — посмотрим.

Больше всего на свете вас смешит…

 

У меня есть очень смешной друг, который живет по соседству. Мы с ним иногда играем в настольный теннис под домом в гараже. Он очень странно-смешной человек, но если он это прочитает, то обидится, поэтому скажу сразу, что он отличный, прекрасный друг, но не такой как все: смешной с интересным и одновременно простым и забавным взглядом на мир. Он говорит: «Авокадо — это что? Фрукт или овощ? Я не знаю. Вот курица — это норм». В этом есть какое-то обаяние.

Екатерина Агеева из «Феи» в Zoom-интервью: «В ГИТИСе все говорили, что кино это разврат и ужас, а театр — святыня» (фото 9)

Забота о себе — это…?

 

Я недавно задумалась, что такое любовь к себе, даже в интернете посмотрела, как люди это формулируют. Многие пишут, что это ходить в магазин и покупать одежду, когда хочешь. Я заметила, что если мне становится плохо, я захожу в интернет-магазин и что-нибудь покупаю, но это бабочка-однодневка. Когда тебе плохо, ты пребываешь на низких вибрациях, и чтобы подняться, нужно найти способы повысить эти вибрации. Для меня таким способом стала классическая музыка, если быть точнее, Бах. Мне достаточно 10 минут послушать, даже спортом занимаюсь под его музыку. Я чувствую ее силу и чистоту, она резонирует с моим телом, и я понимаю, что мое нутро возвышается и мне становится хорошо — это эстетская красота, когда тянешься к чему-то высокому. Тогда твои мысли и плохое настроение собираются и уходят, а ты переходишь на другой уровень. Еще могу зажечь свечи, читать хорошую книгу, которая дает возможность поразмыслить над чем-то, но к медитации я еще не пришла, хотя хочу.

Последняя прочитанная книга?

 

Я сейчас читаю книгу оперной певицы, ученицы Станиславского. Она путешествовала по Индии и до этого никогда ничего не писала. В какой-то момент ей будто свыше пришла история, и она записала ее, а после ушла в монастырь. Это глубокая, философская история в четырех томах. В ней описаны простые вещи, о которых мы часто забываем: например, классно, если ты прожил день и отдал что-то другому человеку — желательно любовь и внимание. Если ты так не сделал — печально. Мы часто забываем об этом и начинаем копошиться в своих мелких проблемах, не видя ничего вокруг. Нужно остановиться и подумать, что ты сделал сегодня хорошего для кого-то? Это же так просто: пошел в магазин, улыбнулся человеку, и уже чудесно.

Фильмы, которые вы любите и которые поднимут вам настроение?

 

Все фильмы Альмодовара, кроме «Кожи, в которой я живу». У него огромная ирония и юмор. Еще «Два папы» — новый фильм на Netflix. Я его смотрела два раза и два раза плакала, непонятно от чего. Меня восхитила игра двух прекрасных актеров (Энтони Хопкинса и Джонатана Прайса. — Прим. BURO.), боготворю этот фильм.

 

А если плохое настроение, то нужно смотреть «Друзей». То, как они работают и существуют в своей реальности, — это высший пилотаж. Кто-то называет это ситкомом, но это же театр.

В «Друзьях» вы…

 

Мои друзья сказали бы, что я Фиби, но нет, я Рейчел. Или Моника, когда хочу выиграть, например, в Alias. Я азартная.

Чтобы себя порадовать, вы съедите…

 

Я сейчас перестала есть мясо и молочные продукты, но раньше я очень любила буратту. Могу съесть конфеты — «Рафаэлло» или «Тофифи». Иногда я люблю создавать приятную атмосферу дома: включить фильм и поесть суши. Это ужасная привычка, но я обожаю смотреть что-то и есть.

Екатерина Агеева из «Феи» в Zoom-интервью: «В ГИТИСе все говорили, что кино это разврат и ужас, а театр — святыня» (фото 10)

В интернете вы любите смотреть…

 

Все надо мной смеются, но я обожаю программу Познера. Он меня вдохновляет учиться и узнавать что-то новое. Он высокоэрудированный человек и очень аппетитно рассказывает какие-то факты. После него я иду читать, например, «Империя должна умереть» Михаила Зыгаря. Я эту книгу прочла именно из-за Познера. Понятно, что он меня никогда не позовет к себе в шоу, но я бы никогда и не пошла, потому что буду муравьем в познаниях в сравнении с ним, он меня задавит своим интеллектом.

 

Конечно, я и Дудя смотрю и когда-то смотрела Bad Comedian, но последние его видео были скучные. Мне кажется, у него пропала ирония, он стал более агрессивным, а это сразу лишает все смысла. Иногда еще за завтраком смотрю лекции «Арзамаса».

А Фея бы парилась: идти к Познеру или не идти?

 

Нет, ей это не нужно. Она не задумывается, ей просто хорошо. Она же и не активистка по сути: она стала этим заниматься, просто потому что там были знакомые девочки. Но у Познера она бы точно опозорилась, а может, она была бы как Рената Литвинова когда-то давно — Владимир Владимирович к ней относился с любовью и нежностью.


Смотрите «Фею» Анны Меликян
на «Кинопоиске HD»

Статьи по теме

Подборка Buro 24/7

Оставьте комментарий