«Проклятая земля»: отрывок из нового триллера Светланы Тюльбашевой — о смертях в загадочной усадьбе

В издательстве «Дом историй» вышел второй роман автора бестселлера «Лес» Светланы Тюльбашевой. Герои «Проклятой земли», москвичи Аня и Леша, переезжают в Тверскую область, чтобы открыть там глэмпинг, но в их планы вторгается сверхъестественное: у усадьбы по соседству дурная слава, когда-то давно там при невыясненных обстоятельствах гибли дети, а теперь странные вещи происходят и в ближайшей деревне Асташово. С разрешения правообладателя публикуем отрывок из книги.

20.

«Паранормальная Россия»

Из комментариев

Михаил: вдогонку вспомнил. Нам же не только в Асташово нельзя было ходить и в лесу играть, бабка еще в реке запрещала купаться, типа мы ниже по течению жили и к нам приплывала отравленная вода. Конечно, купались все детство, никто ее не слушал, но одну байку я даже помню.

Девочка из Асташово гуляла по берегу и упала с обрыва в реку. Вода забрала ее, а на следующую ночь вернула. И пошла она домой мертвая через всю деревню, оставляя за собой мокрые следы. Зашла в дом и села у печки греться. Родители проснулись, обрадовались — Любочка вернулась, и стали они жить-поживать, только руки у девочки были теперь всегда холодные и с волос капала вода.

Прошел месяц, девочка взяла братика и отвела его к реке. Вода забрала и его, но на следующую ночь вернула, и прошел он через всю деревню, оставляя за собой мокрые следы, зашел в дом и сел у печки греться. Родители проснулись, обрадовались — вернулся сынок, и стали они жить-поживать, только руки у мальчика были холодные и с волос капала вода.

Спустя месяц девочка с братиком взяли младшую сестричку и повели ее к реке. Когда та вернулась, вся мокрая и распухшая, родители поняли, что лучше потерять троих детей, чем всех шестерых, вывели мертвецов на улицу и забили кольями. Начали хоронить, в землю закапывали, а дети в гробах очнулись, кричали и молотили по крышкам изнутри. Так и закопали их, не то живыми, не то мертвыми, а что поделать, они бы всех детей к реке увели.

21.

— Может, спать пойдем? Выглядишь уставшим.

Леша протер глаза, посмотрел на часы и отхлебнул кофе. Спать и правда хотелось безумно, но стоило поработать еще хотя бы два часа, доделать одну задачу и в обед отправить на код-ревью. Строчки плыли перед глазами, не соображал он уже ничего.

— Ты иди, я скоро приду.

Аня села рядом и обняла его за плечи.

— Я всем знакомым написала, пока ничего. Не сезон — отпуска. Завтра еще профиль везде обновлю, вряд ли поможет, но вдруг. Может, рекламу на сайт запустить? Есть у нас деньги на рекламу?

У нее был такой извиняющийся голос, что Леше стало стыдно. Почему-то она чувствовала себя виноватой, хотя виноват был только он. Это он мечтал построить глэмпинг, он купил этот участок и прогнивший дом за сумасшедшие деньги, он уговорил ее продать добрачную квартиру ради его мечты, он находился на грани увольнения и из-за него она в панике искала подработку.

— Ань… Не парься. Все хорошо. Я подзабил на работу, был неприятный разговор с тимлидом, но меня не уволят. Хороших разработчиков не увольняют. Просто нужно доделать задачу, а то я объективно уже обнаглел и подвожу коллег. Иди спать.

В спальне сопел Лев. Как же он напугал его сегодня, опять куда-то пошел, с младенцем было гораздо проще. Леша подумал, не рассказать ли жене, что случилось, но решил не пугать ее лишний раз.

— Ванная классно получилась, — сказал он.

— Похожа на морг.

— Да, на морг.

Аня поцеловала его и пошла в спальню.

— Погоди! — сообразил он. — Ты сказала — запустить рекламу на сайт?

— Да.

Она остановилась, держась за ручку двери.

— Давай запустим. Только не на твой сайт. Мы сделаем сайт глэмпинга, откроем бронирования и запустим рекламу. Будем предоплату брать, форму оплаты я прикручу. Заодно поймем, какая загрузка и сколько нужно шатров. Можешь завтра лендинг собрать? Что-нибудь такое в стиле лакшери, фотки у поставщика можно взять.

У нее расширились глаза и снова стало такое лицо, будто она сейчас закричит, останавливал ее только спящий Лев.

— Леш, ты чего? У нас пока не то что глэмпинга — вообще ничего нет, чистое поле с ямами, если кто узнает, на нас в суд подадут за мошенничество. И с какого числа мы бронирования откроем — мы же не знаем, когда достроим.

— Да брось, просто проверка гипотезы. Напишем мелким шрифтом, что глэмпинг пока строится и бронирующий размещение берет на себя риски. Не достроим вовремя — вернем деньги. Все застройщики так делают, никто не строит на свои — странно, что я раньше не сообразил.

— Леша, мы не застройщики! — крикнула она шепотом.

— Ладно, давай завтра поговорим.

Аня бросила на него гневный взгляд и скрылась в спальне. Он допил остатки кофе и включил чайник. Открыл холодильник — жаль, нет энергетиков, а как раньше было хорошо: по ночам сидел, пил банку за банкой. Впрочем, не хватало еще умереть от инфаркта в тридцать лет.

В доме стало тихо. Иногда за окном что-то прошелестит или ветка хрустнет, крикнет ночная птица, но ни машин, ни людей. Леша выключил свет и уставился на строчки кода. Поймал себя на том, что уже полчаса тупо смотрит в экран и не делает ничего, выпил еще кофе, подумал, может, правда лечь спать, а с утра встать пораньше. Открыл «Паранормальную Россию», прочитал новые комментарии. Что-то не сходилось в истории Астафьевых, что-то было не так. Ему показалось, он заметил то, что не замечают другие, но мысль ускользнула, так и не сформировавшись. Нужно взять блокнот, ручку и нарисовать схему. Нет, нужно либо лечь спать, либо продолжить работать.

Интересно, может ли это стать их фишкой. Отдохните на проклятой земле, услышьте зов призраков, разгадайте тайну исчезнувшей семьи, защитный амулет каждому постояльцу в подарок. «Алексей, вы набрали предоплат за размещение в несуществующем отеле, затем на поезде уехали в Минск, откуда пытались вылететь в Казахстан». — «Уважаемый суд, позвольте вам объяснить, мы действительно строили глэмпинг с твердым намерением его открыть».

В Асташово по ночам темно, там нет фонарей. Однажды он возвращался поздно и даже не заметил, как въехал в деревню. Она выглядела мертвой: ни одного горящего окна, только темные деревянные дома. Ему казалось, он единственный живой человек на километры вокруг, захотелось сделать радио погромче, но он, наоборот, его выключил и поехал быстрее. Сам не понял зачем, словно древние инстинкты подсказали — в темноте лучше не шуметь, не привлекать внимания, передвигаться быстро, проскочить невидимкой и спрятаться в пещере. Он криво припарковался, заехав в яму колесом, но не стал переставлять машину, выскочил и побежал к крыльцу. Побоялся включить свет, ничего не видел, не мог попасть в замок, выронил ключи, вздрогнул от звона, на ощупь поднял, трясущимися руками открыл дверь, вбежал внутрь и сразу ее закрыл. Стоял, прислонившись к стене, пытался успокоить дыхание, думал: «Надо же, как я себя накрутил».

Строчки кода расплываются на экране, он всматривается, но не может их прочитать. Экран слишком тусклый, кнопка яркости ничего не меняет. Он чувствует чье-то присутствие, холод откуда-то сбоку, поворачивается и видит рыжую девушку рядом с диваном. Ее лицо разбито, руки исцарапаны, по губе стекает кровь, с волос капает вода, белый сарафан промок насквозь и прилип к телу, сквозь него видны раны и синяки. Она говорит:

— Я прыгнула в реку.

Леша сделал резкий вдох и проснулся, задыхаясь. Твою мать. Экран уже погас, он потрогал клавиатуру, вспыхнула вкладка «Паранормальной России». Определенно нужно завязывать это читать, Аня не читает и правильно делает, ни о чем не переживает, только о чертовых деньгах. Сколько он проспал — час? Теперь стоит нормально поспать, а завтра он пораньше встанет. Леша поставил будильник на семь утра.

То ли задремал, то ли не спал вовсе, но вскоре подскочил: показалось, рядом с домом кто-то есть. . Сердце заколотилось: кто-то близко, затаился и ждал, пока он заснет. В темном окне что-то промелькнуло. Поборов страх яростью, Леша вскочил, посмотрел на поле — никого. Убедился, что окно заперто, и лег обратно, но только закрыл глаза — и снова услышал шепот.

Он нашел самый мощный фонарь в переполненной хламом кладовке, проверил замок на входной двери, поднялся на второй этаж. Протиснулся между рядов коробок, измазался в пыли, дошел до маленькой комнаты в центре — они хотели сделать из нее спальню Льва. Сейчас в комнате стояли три длинные вешалки с висящими Аниными платьями, вешалка с его одеждой, еще коробки — сколько их, зачем им столько вещей. Он распахнул окно. В темноте казалось перед ним не поле, а океан. Леша шарил лучом фонаря, свет выхватывал свежие ямы, край леса, обрыв, кусочек реки вдали. Он боялся увидеть нечто иное, но все же продолжал искать.

В пять утра он вдруг понял, что сидит за ноутбуком в гостиной, допивает очередную чашку кофе и заказывает умные видеокамеры в пункт выдачи в Тверь. В девять пришли Серега с Василием.