Две площадки и 87 галерей. Ярмарка Art Basel Qatar глазами Анастасии Постригай
Колумнист BURO. и искусствовед Анастасия Постригай последние несколько дней провела на Art Basel Qatar — и делится любопытными наблюдениями с дебютного арт-события в Дохе.
Анастасия Постригай
колумнист BURO., искусствовед, галерист и ректор Академии Op-Pop-Art
Art Basel дебютировал в Катаре. Организаторы не стали пытаться дотянуться до «родственных» ярмарок в Базеле или Париже и пошли другим путем. Это заметно даже по масштабам. В Доху приехали всего 87 галерей против привычных для этого формата 200+. Их распределили по двум площадкам — M7 и Design District.
Каждая галерея могла представлять только одно имя. Это максимально нетипично для Art Basel, где голова кругом от плотности голубых фишек на квадратный метр. А галеристы всегда стараются показать больше художников, чтобы перекрыть риски и увеличить шансы на хорошие продажи, которые окупят космические затраты. В Катаре же предложили идти ва-банк. Справедливости ради, в закрытых viewing rooms галереи могли показывать что угодно. И некоторые даже объединили усилия и представили одного художника на двоих, поделив затраты, так что в итоге на ярмарке оказалось 83 имени.
С другой стороны, уже заранее шла речь о том, что новая ярмарка — не столько про продажи, сколько про подготовку почвы, нетворкинг и образование. Именно поэтому куратор Art Basel Qatar Ваэль Шавки (художник родом из Александрии) сделал формат соло-проектов: так у каждого автора больше шансов быть реально услышанным.
Особая тема — расположение стендов. Для Art Basel вопрос суперпринципиальный. Например, в прошлом году Air de Paris публично отказалась от поездки в Базель. Просто потому, что вместо стенда прямо у лестницы на второй этаж ей предложили переехать на второй ряд. Галерея такой жест восприняла как пощечину. В Катаре такую строгую иерархию выстраивать не стали, хотя первый и третий этаж оказались главными по весовой категории участников.
Пожалуй, главным целевым покупателем галереи сочли Qatar Museums, организацию, которая курирует музейные институции в стране. Ее возглавляет очень влиятельная женщина в сфере — шейха Аль-Маясса бинт Хамад бин Халифа Аль Тани, сестра эмира Катара. Говорят, в ее распоряжении ежегодно есть около миллиарда долларов на пополнение национальных коллекций. К слову, в 2030 году планируется запуск нового музея Art Mill Museum. Так что расчет у галеристов был понятный, и они привезли много искусства под музейные, а не частные пространства.
Еще одна примета ярмарки в Дохе раскрылась в дни превью: как оказалось, продажи в Катаре любят тишину. Обычно в СМИ тут же улетают новости о рекордных чеках и солдаутах, но этот раз стал исключением, и теперь картинка собирается по крупицам. Возможно, дело в местной специфике, ведь VIP-превью в первую очередь для монаршей семьи. Но какие-то новости в прессу все же просачиваются. По слухам, Qatar Museums выкупила абстрактные работы колумбийской художницы по текстилю Ольги де Амараль у галереи Lisson. Artnet News (здесь собрана вся актуальная информация арт-индустрии) отмечает, что для Катара в целом характерны сделки за закрытыми дверями. В частности, один из коллекционеров рассказал изданию, что пришел посмотреть пару работ вне стендов. О таких продажах, конечно, вряд ли кто-то расскажет.
Источник: Lisson Gallery
В Дохе можно было увидеть и первые имена мирового масштаба вроде Пикассо и Баскии. Но было много искусства, связанного с актуальными для региона проблемами, были любопытные европейские имена.
Важный для художников региона контекст — попытка сохранить то, что разрушается в силу разных событий, а также проживание разлуки с родными местами. В частности, эти темы через пейзаж раскрывала ливанская художница и поэтесса Этель Аднан (Etel Adnan), одна из голубых фишек в арабском искусстве. Ее на ярмарке показывала лондонская Waddington Custot.
Источник: Waddington Custot
Работы другой важной ливанской художницы Югетт Каланд (Huguette Caland) представляли ее наследники. Очень любопытная фигура: родилась в семье первого президента Ливана, вышла замуж за его политического противника, а потом бросила все, оставила позади мужа, детей и любовника и уехала в Париж, чтобы посвятить себя искусству. Для нее характерны телесность и откровенные линии. Но для ярмарки явно подобрали те работы, которые вписывались в местные рамки приличий.
Источник: Artsy Art Basel
Источник: Artsy Art Basel
Каирская Gypsum Gallery привезла египетского художника Мохамеда Монасера (Mohamed Monaiseer). С одной стороны, он обращается к традиции вышивки, с другой — к теме войны в наши дни. Например, его работа I, Pet Lion (Tanks Arena) — это исследование детских игр в войнушку, которые во взрослом мире перерастают в конфликты. К позиции силы как раз отсылают фигуры львов и орлов на этой вышивке.
Источник: Art Basel
Источник: Art Basel
Очень узнаваемый стиль у скульптора и художницы Симоны Фатталь (Simone Fattal) родом из Сирии. Ее показывали на стенде Karma International. Для нее важен образ человека, который переносит все беды и войны, крепко стоя на своих ногах. Именно они, эти ноги, привлекают внимание в ее работах. Сама фигура может быть измятой и измученной, но ноги, будто у слона, максимально соприкасаются с землей. Не элегантно, а так, чтобы выжить.
Источник: Art Basel
Из европейских художниц отметила для себя Рэйчел Уайтрид (Rachel Whiteread, галерея Lorcan O'Neill), которая создает скульптуры в виде негативных пространств — пустоты в форме предметов, которые могли ее занимать. Такими же стильными выглдят работы Исси Вуд (Issy Wood, галерея VeneKlasen) — cool girl от мира искусства, которая очень ярко показывает разные фактуры крупным планом.
Источник: Artsy
Кажется, каждый второй обзор Art Basel Qatar заканчивается цитатой галериста Ивана Вирта из Hauser & Wirth: «Этот год не так важен. Важным будет следующий». Он очень лаконично сформулировал главную мысль. Ведь буквально в прошлом году в Эр-Рияде запустился и сразу провалился похожий формат — комбо биеннале и ярмарки — под названием Art Week Riyadh. Приехали мегагалереи, было вложено много средств, чтобы привлечь крупных игроков. Но продажи разочаровали, и стало понятно, что площадка больше не соберет участников.
По слухам, имя Art Basel катарская ярмарка получила на десять лет. И только время покажет, вернутся ли ключевые игроки в следующем году и сможет ли новое событие в арт-календаре закрепить за собой статус must see. Так что ждем новостей, а пока готовимся к следующим поездкам. Кстати, текущая — в формате полноценного тура — прошла в рамках моего проекта OP-POP-ART. В апреле планирую везти группу на Art Dubai, в сентябре — на Александрийскую биеннале в Египте, а в феврале OP-POP-ART проведет тур по Art Basel Hong Kong с искусствоведом.
Статьи по теме
Подборка Buro 24/7
