Поиск

Как понимать выставку «Модернизм без манифеста»

От символистов к семидесятникам

Текст: Полина Козлова

26 сентября в MMOMA на Петровке открылась первая часть выставки «Модернизм без манифеста», представляющая произведения из коллекции Романа Бабичева. Вторую часть выставки в музее презентуют 28 ноября. Мы попытались разобраться, чем «Модернизм без манифеста» выделяется на фоне аналогичных проектов.

 


 

Нужен ли модернизму манифест

 

Модернизм без манифеста — идея, понятная скорее специалисту, чем любителю советской или западной живописи. Направление не зря получило такое название: модернизм порвал со старыми традициями, и это касалось как процесса создания произведений искусства, так и их восприятия публикой. Искусство больше не подражало природе, как не отсылали к ней ни писсуар Дюшана, ни квадрат Малевича. Модернизм не следует путать с модерном. В то время как первый ознаменовал начало новой эпохи и нового искусства, второй был визуальным воплощением и одновременно последней главой La Belle Epoque.

Но вернемся к манифесту. Общей программы модернизм не предполагал, однако если погрузиться в любое из его течений, будь то футуризм Томазо Маринетти или дадаизм Тристана Тцара, выяснится, что ни одно из них не обходилось без манифеста. Программные тексты, объяснения концепции и даже целые трактаты теперь становятся частью произведения искусства, а также неотъемлемым ключом к его пониманию.

 

Как понимать выставку «Модернизм без манифеста» (фото 1)
Как понимать выставку «Модернизм без манифеста» (фото 2)

 

Модернизм в советском искусстве

 

Развитие модернизма в советском искусстве — вопрос неоднозначный, в котором как минимум можно выделить несколько исторических вех. Фактически и до революции, и даже десятилетие после нее русское искусство развивается в одном русле с европейским: Гончарова и Ларионов вдохновлялись Сезанном и Матиссом, группа «Бубновый валет» была увлечена фовизмом, участники «Голубой розы» — символизмом, а конструктивистские работы Малевича, Лисицкого и Родченко то и дело сравнивают с немецким Баухаусом.

Переломным стал 1932 год, когда литературовед Иван Гронский сформировал метод соцреализма, который через два года озвучил на Всесоюзном съезде писателей Максим Горький. В конце 50-х против них выступили нонконформисты из «Другого искусства». Именно их Хрущев будет громить в Манеже в 1962-м, а в 1974-м они потерпят еще один разгром — на Бульдозерной выставке уже при Брежневе. Фактически весь этот период представлен в коллекции Бабичева — от символистов рубежа XIX–XX веков до послевоенных художников и концептуалистов, в том числе и первых — Кабакова и Злотникова.

 

Как понимать выставку «Модернизм без манифеста» (фото 3)
Как понимать выставку «Модернизм без манифеста» (фото 4)

 

О коллекции Романа Бабичева

 

Как рассказывает один из кураторов выставки Надежда Плунгян, работы из коллекции Романа неоднократно входили в различные выставочные проекты ММОМА, а теперь музей посвятил коллекции отдельную выставку. Параллельно вышел многотомный каталог-резонне, включающий все работы из его собрания. Бабичев увлекся коллекционированием еще на заре 90-х, а настоящая выставка приурочена к 25-летию его деятельности.

В коллекции есть художники, которых власть чествовала, а есть и те, с которыми боролась, — как коллекционер, он не проводит между ними жесткого разделения. В многочисленных интервью Роман признается, что его в большей степени интересует советский модернизм 30-х и художники авангарда, чьи имена не были приняты властью с распространением официальной политики. Среди них Шевченко, Фальк, Лентулов, Истомин, Осмеркин, Тышлер, Лабас, с работами которых зритель встречается на выставке не единожды.

 

Как понимать выставку «Модернизм без манифеста» (фото 5)

Александр Монин. Портрет физкультурницы (портрет жены О.Н. Мониной) 1929.


 

Как смотреть выставку

 

Уже при входе на выставку зрителя встречает скульптура символиста Матвеева и позднее полотно художника «Сурового стиля» Никонова — они не только служат хронологическими маркерами, но и указывают на взаимосвязи между мастерами разных эпох и идеологических устремлений. Отголоски живописи символистов и тот лирический переворот, который важен для рубежа эпох, кураторы прослеживают в поздних работах Ульянова и Шевченко, здесь же — такие малоизученные художники, как Модест Дурнов, работы которого скорее можно встретить в частном собрании, чем на выставке в государственном музее.

Вслед за эпохой модерна, конец которой кураторы условно связывают с началом Первой мировой войны, 1914 годом, идет раздел «Между сезаннизмом и академией», где представлены опиравшиеся на уроки Сезанна советские художники 30-х годов. Хорошо известные широкой публике Кончаловский и Лентулов соседствуют здесь с совсем неизвестным живописцем-дилетантом Анатолием Микули, скрипачом по образованию, которого, по словам куратора Надежды Плунгян, ранее практически никогда не показывали.

 

Как понимать выставку «Модернизм без манифеста» (фото 6)

За влиянием постимпрессионизма следует «тематическая картина», которая в 30-е заменила академический жанр исторической картины. Процесс построения социализма отражен здесь и у Владимира Тягунова и Александра Русакова, и даже у Мартироса Сарьяна. Кураторы отмечают и наследие Кеса ван Донгена, и неопримитивистов, послуживших вдохновением для художников, которые строили совсем иной мир, чем западные современники.

 

 

Далее — «пролетарское искусство» 20-х, которое отсылает к вопросам о том, каким должно быть искусство для рабочего класса. Единственное сохранившееся крупное полотно Лебедева здесь расположено напротив Рублева — монументальные амбиции художников представлены в абсолютно противоположных формах.

В зале противостояния «натурализма» и «реализма» мы вновь видим полотна Лентулова — его картины проходят сквозной линией через всю экспозицию. По словам куратора Надежды Плунгян, в 80-е эти полотна считались плохими работами важного художника авангарда из-за гигантизма и подражания модернистам. Вслед за его современником Шевченко и поздними работами Осмеркина и Фалька мы постепенно приближаемся к эпохе оттепели — через зал с архитектурными рисунками сталинских проектов Иофана. Послевоенное время намеренно пропущено, как и оммаж революции, — политический контекст здесь практически исключен. От театральных работ Вильямса и «правдивого гуманизма» 30–40-х мы переходим к художникам оттепели и «Суровому стилю» — их имена вновь перекликаются и повторяются — от Александра Древина, Павла Кузнецова и Юрия Пименова к Андронову и Никонову.

Логическим завершением экспозиции становится раздел «Метафизический натюрморт» с полотнами Краснопевцева, очевидно отсылающими к работам итальянцев Моранди и де Кирико. Начало и конец выставки объединяет коридор с графикой — здесь интересно поискать и Кравченко с Фаворским, и поздние работы мирискусников. А затем снова вернуться в начало экспозиции.

 

 

Статьи по теме

Подборка Buro 24/7

Оставьте комментарий

Загрузить еще