Кресла-томаты и столы из бумаги: хайлайты Недели дизайна в Милане 2026. Выбор BURO.

Для дебюта на выставке новоиспеченный креативный директор Луиз Троттер пригласила корейского художника Кванхо Ли, чтобы совместными усилиями придумать инсталляцию Lightful. С Ли бренд хорошо знаком — он работал над декорациями для шоу весна-лето 2026 и оформлял сеульскую выставку Weaving the World: The Language of Intrecciato. Что касается Lightful, то Кванхо собирал ее из светильников с кожаными абажурами — тех, что висят в магазине модного дома на улице Via Sant’Andrea в Милане. Все они различаются по размеру и плотности — одни выглядят более компактными и структурированными, другие — открытыми и «рыхлыми». Оттенки — черный и зеленый — Троттер подбирала лично, а Ли, в свою очередь, посетил ателье в Монтебелло-Вичентино, где познакомился с мастерами кожаного плетения, чтобы перенять их опыт и подход. Название — от английского «яркий, наполненный светом» — отсылает к ключевой роли света в восприятии объекта и тому, как меняется вид предмета в течение дня при естественном и при искусственном освещении.

«Помидоры» Чемены Камали завирусились в соцсетях мгновенно и стали без преувеличения звездами прошедшей недели. Впервые кресло в виде томата с незатейливым названием Tomato появилось в 1970 году, а создал его французский дизайнер Кристиан Адам совместно с итальянской мебельной фабрикой Poltronova. Тогда он произвел настоящую революцию, показав, что мебель не обязана быть строгой и скучной. Камали всецело поддержала эту идею и переосмыслила культовую форму. Новое кресло Tomato Chair выполнено из мягкой кожи растительного дубления в четырех характерных для модного дома оттенках — кремовом, коньячном, песочном и черном.

Сатоси Кондо, директор по дизайну Miyake Design Studio, в который раз создал целый мебельный проект совместно с архитектурным бюро Ensamble Studio. Он получил название The Paper Log: Shell and Core и, по сути, состоит из двух серий: оболочки — Shell (невесомые и абстрактные арт-объекты) — и ядра — Core (стулья, скамейки и столы). Идея пришла к Кондо случайно: он обратил внимание на плотные рулоны бумаги, которые используются для защиты одежды Issey Miyake, когда ее помещают под пресс для создания знаменитой плиссировки. Именно эти рулоны (на секундочку, 80 см в высоту и 40 см в диаметре) и послужили основой для коллекции Core. Бумажные бревна заливают воском для прочности и разрезают на куски — так рождаются табуреты, скамейки, кресла и даже фирменные кирпичи (первые, кстати, появились на показе Issey Miyake весна-лето 2025 в качестве посадочных мест для гостей). Элементы Shell созданы иначе. Здесь Ensamble Studio получила карт-бланш на эксперименты — дизайнеры сперва разобрали бумажные блоки на отдельные листы, после чего накинули их на мебель и покрыли латексом и смолой. В результате знакомые объекты получили новые формы и свойства, став невесомыми.

Коллекция мебели и декора Louis Vuitton — дань уважения Пьеру Легрену, художнику-декоратору эпохи ар-деко, известному любовью к геометрии. Он сотрудничал с домом в 1921 году, в результате чего появился туалетный столик в форме буквы «омега» — первый предмет мебели бренда. Его вариация, переизданная в лакированном дереве и в коже Nomade, и стала центром миланской экспозиции. Также в рамках Недели дизайна показали стул Riviera Chilienne из дерева и кожи с добавлением перламутра, созданный по эскизам Легрена. Вдохновленные его иллюстрацией к книге Жориса Карла Гюисманса «Наоборот» плед и подушка Nuits de Paris, шезлонг Riviera, разработанный мастером в 1925-м, и стул Kubic в обновленном варианте из дубленой кожи тоже стали важными «героями» экспозиции. А еще в ней представили домашний текстиль, ширмы, ковры (тоже по наброскам Легрена) и даже ароматические свечи. Не забыли и про серию Objets Nomades с креслом-коконом Cocoon Dichroic от Estudio Campana x Géraldine Gonzales, шкафом Kaléidoscope, инкрустированным кусочками кожи экзотических животных, и настольным футболом Odysee в зеленом цвете с крошечными русалками.

Тема света в этом году не отпускала дизайнеров модных домов. Dior Maison во главе с Корделией де Кастеллан, присоединяясь к тренду, показал светильники Corolle — плод коллаборации с Ноэ Дюшофур-Лорансом, французским дизайнером интерьера. Форма — своеобразная стеклянная трапеция — повторяет фактуру юбки Corolle, созданной Кристианом Диором в 1947 году. Изгибы, направления линий и игра света и тени и вправду напоминают гибкую и воздушную конструкцию из ткани. Лампы доступны в нескольких размерах — от настольных до переносных — и трех знаковых для дома цветовых решениях: сером, розовом и белом. Каждая — с гравировкой CD. Все изготовлены из выдувного стекла в лучших традициях стеклодувов из Мурано, а потому двух абсолютно одинаковых найти не удастся. Если рассмотреть лампы поближе, можно заметить, что некоторые имеют узор-сеточку. Это отсылка к древнему киотскому искусству плетения корзин из растительных волокон, когда каждая трость расщепляется на несколько полос, обрабатывается и опускается в воду для получения идеально ровных и симметричных заготовок будущего изделия.

В Armani/Casa в этом году решили отдать дань Джорджо Армани и организовать в рамках салона выставку Origins, для которой воссоздали культовые творения кутюрье (на первом этаже), а также позволили «заглянуть» в его резиденции, расположенные по всему миру (на втором). Экспозиция в миланском бутике бренда показала не только новые решения, но и оригинальные предметы с отсылками к классическим творениям дизайнера и к его биографии. Было здесь, например, известное знатокам кресло Baloon изогнутой формы, которое напоминает тюбик зубной пасты, — его перевыпустили в ткани Armani/Casa Bergen. Важными акцентами стали кресло Dustin, каркасом для которого послужила одна из яхт дизайнера (вот она, роскошь по-итальянски!), и настольная лампа Logo — самое первое изделие Армани, которое он разработал еще в 1982 году. Второй этаж — ода уюту. Здесь есть и игровой стол Borgonuovo, названный в честь миланской улицы, где находится бутик бренда, и кресла Byron с модульным диваном Brando, дополненным шелковыми подушками. В общем, Origins стала не только презентацией дизайнерского искусства, но и экскурсом в жизнь человека, который полностью посвятил себя моде.

Демна Гвасалия на этот раз пошел дальше всех и презентовал Gucci Memoria — серию из 12 гобеленов, которая пересказывает 105-летнюю историю бренда с момента его основания Гуччио Гуччи и до сегодняшнего дня. Все они появились в клуатре церкви Сан-Симпличано, и каждый посвящен культовым поворотам сюжета в саге Gucci. Отдельно отметили момент рождения сумок Bamboo в 1947-м и Jackie в 1961-м, эпоху Тома Форда и Фриды Джаннини. Не забыли и про Сабато де Сарно, который проработал в бренде всего 19 месяцев. На 12-м гобелене Work in progress Демна стоит на одном колене, давая присягу дому и обозначая тем самым начало его новой эры. И еще в копилку забавного: в малом клуатре церкви разместили автоматы с газировкой — каждая банка отражает эстетику героев компьютерной игры La Famiglia, которую марка представила еще в марте.