Поиск

Культтуризм с Владимиром Раевским: о премии «Инновация», скандалах и открытиях в мире современного искусства

Культтуризм с Владимиром Раевским: о премии «Инновация», скандалах и открытиях в мире современного искусства

Наш колумнист вернулся из Нижнего Новгорода, где 21 августа вручали премию «Инновация». Вернулся не налегке, а с щекотливыми историями


О выставке к премии «Инновация» мне есть что рассказать: и про сад в крематории, и про «Басё и колбасё», и про коллективную акцию домов престарелых в поддержку Эрика Булатова и Павла Пепперштейна. Но, полагаю, перед тем как перейти к содержательной части, необходимо остановиться на том, что попало на поверхность раньше прочего. Многие из вас наверняка читали заголовки:

Проект с табличкой из расследования ФБК о Наиле Аскер-заде выиграл премию Минкульта («Сноб»)

Артем Лоскутов получил премию «Инновация» за продажу на благотворительном аукционе таблички из расследования ФБК о Наиле Аскер-заде (Meduza)

Художник Лоскутов получил премию «Инновация» за продажу таблички из расследования Навального о Наиле Аскер-заде (Polit.Ru)

Думаю, без разъяснений этой замечательной истории начать колонку не получится.

Так вот. Премия «Инновация» в области российского современного искусства вручается Государственным центром современного искусства и, соответственно, Министерством культуры. Периодически на премии случаются щекотливые ситуации: например, четыре года назад организаторы отклонили от номинации акцию Петра Павленского «Угроза» (ту, во время которой Петр поджег дверь здания ФСБ на Лубянке). Как следствие, несколько членов экспертного совета вышли из него со скандалом — хотя, разумеется, акцию Павленского стоило оставить номинантом не только по соображениям совести, но тактически: премию ему всё равно бы никто не дал (сработала бы система коллективной безопасности), а пребывание его в номинантах исключило бы обвинения в трусости.

Культтуризм с Владимиром Раевским: о премии «Инновация», скандалах и открытиях в мире современного искусства (фото 1)
Культтуризм с Владимиром Раевским: о премии «Инновация», скандалах и открытиях в мире современного искусства (фото 2)

Но его пример — другим наука. В этом году в номинантах оказался Артем Лоскутов с работой «Без любви ничего не получится». Вся работа состоит из знаменитой таблички «Андрей Костин. Не забывай, что мы с тобой одной крови. Я люблю тебя. Наиля». Табличка, открученная от скамейки в Центральном парке в Нью-Йорке, напомню, фигурировала в знаменитом расследовании Фонда борьбы с коррупцией. Стоит предположить, что работа Лоскутова никогда бы не выиграла премию — как по тем же соображениям, что и выше, так и на основаниях художественной ценности. Но жизнь порой складывается весело.

Нынешняя премия «Инновация» беспрецедентно была присуждена не лучшим в своих номинациях, а абсолютно всем номинированным участникам (как и премия Тёрнера этого года). Таким образом, «Инновацию» получил и Артём Лоскутов с любовной табличкой. Не исключаю, что в иной ситуации шансы Лоскутова на премию были бы не столь высоки, однако — что случилось, то случилось — чего, в конце концов, только в этом году не случилось!

Однако следите за руками: премию «Инновация» организует Государственный центр современного искусства. ГЦСИ — часть Пушкинского музея. Основной спонсор Пушкинского музея — банк ВТБ. Президента банка ВТБ зовут Андрей Костин. Андрею Костину посвящено расследование ФБК. Расследование основано на табличке с именем Костина, отвинченной от скамейки в Центральном парке и ставшей основным объектом работы теперь лауреата «Инновации» Артема Лоскутова.

Культтуризм с Владимиром Раевским: о премии «Инновация», скандалах и открытиях в мире современного искусства (фото 3)
Культтуризм с Владимиром Раевским: о премии «Инновация», скандалах и открытиях в мире современного искусства (фото 4)
Культтуризм с Владимиром Раевским: о премии «Инновация», скандалах и открытиях в мире современного искусства (фото 5)

Позволю предположить, что теперь продолжение спонсорства ВТБ в отношении Пушкинского будет целиком зависеть от умения руководства банка держать лицо, отнестись к ситуации иронически, а также понять сложившиеся обстоятельства. Во всяком случае, от всего сердца желаю Пушкинскому музею продолжения щедрой поддержки и сохранения независимой позиции.

На этом, закончив с разбором умеренно-пикантных обстоятельств, всё же перейду к пресловутой содержательной части. Премия «Инновация» всегда подразумевает не только церемонию награждения и вечеринки, но и масштабную выставку самых заметных проектов. В этом году их восемь: каждый проект — персональная выставка одного художника — занимает отдельный небольшой зал здания Арсенала в Нижегородском кремле. Посмотреть их можно по очереди, пройдя насквозь первый и второй этажи правого крыла Арсенала. Сам Арсенал, как и весь Нижегородский кремль, как и весь Нижний Новгород, заслуживают исключительного внимания. Это, пожалуй, самый эффектный, ухоженный и заботливо администрируемый центр современного искусства из всей государственной сети.

Культтуризм с Владимиром Раевским: о премии «Инновация», скандалах и открытиях в мире современного искусства (фото 6)

Из восьми проектов хотелось бы остановиться на нескольких. Во-первых, проект Павла Отдельнова «Промзона». Его уже показывали в ММОМА полтора года назад, в Нижнем выставлена его сильно сокращенная версия. И всё же «Промзона», даже в усеченном формате, производит сильное впечатление. Павел родился и вырос в Дзержинске, небольшом городе в сорока километрах от Нижнего Новгорода. При советской власти Дзержинск был самым грязным городом в мире, теперь он переместился на шестое место. Не исключаю, что улучшение дзержинской экологии связано с закрытием большого химического завода, на котором работали три поколения семьи Отдельнова. Вся выставка — это многомерная конструкция из живописных полотен с промышленными пейзажами, а также видео и текстов. Тексты, кстати, очень любопытные — воспоминания Александра Отдельнова, папы Павла, о том, как генеральный директор лечил насморк какой-то хлорной смесью прямо в цеху, и небольшое расследование художника, в котором он нашёл пожилого немца, пленным строившего одно из заводских сооружений в 1946 году. Отдельнов готовил весь проект несколько лет и во многом дошёл до самой сути — например, отыскал фотографию, фиксирующую засекреченный взрыв на заводе в 1960 году, а ещё — трогательно изобразил городской песок, поглощающий рельсы недавно ликвидированного городского трамвая.

Культтуризм с Владимиром Раевским: о премии «Инновация», скандалах и открытиях в мире современного искусства (фото 7)

Во-вторых, выставка Екатерины Муромцевой «Лучше хором». Екатерина — не только художник, но и волонтёр. Уже несколько лет она ездит к обитателям домов престарелых Тульской, Калужской и Тверской областей. Собственно, из этой волонтерской работы выросла и работа художественная: вместе со своими старшими друзьями они записывают видео, рисуют ковры, но главное — создают оммажи крупнейшим русским художникам-нонконформистам. Всё началось с того, что Игорь Андрианов из Товарковского дома престарелых в Тульской области увидел работы Эрика Булатова и захотел сделать такие же. Он аккуратно написал красными буквами на белом фоне: «Меньше поэтики — бытовушка, — пусть будет бытовушка». Соседи по пансионату, увидев результат, подключились тоже: «Он меня наверно любит» и «Небо сине-голубое смотрит на меня». Булатовистские работы, вывешенные в несколько рядов, производят сильное впечатление, особенно в совокупности с тем, что сказал в тот же вечер лауреат специального приза «Инновации» Борис Гройс: «Если мы присмотримся к концептуализму через призму пандемии, мы увидим, что люди постоянно публикуют картинку и текст, основу концептуализма. Таким образом, концептуализм — не элитарное, а самое массовое искусство». Ещё сильнее выглядят ответы Павлу Пепперштейну, созданные художниками из другого дома престарелых после посещения выставки в «Гараже»: там пепперштейновская пляшущая Россия кричит: «Душа поёт, кардиограмма пляшет, года идут, а дурь всё та же». Муромцева честно называет себя худруком, а не художником, хотя всё это настоящий художественный, просто непривычно гуманистический акт искусства.

Культтуризм с Владимиром Раевским: о премии «Инновация», скандалах и открытиях в мире современного искусства (фото 8)

Наконец, в-третьих, огромная инсталляция «Фонтан всего» воронежского художника Ивана Горшкова. Сам он довольно ёмко называл её «раёк, который превратился в адок» — это не поддающийся никакому описанию сплав из бытовых предметов, детских игрушек и авторских скульптур — огромная куча (можно, конечно, сказать, и «фонтан») всего, — по выражению Псоя Короленко, и Басё, и колбасё. Это лишенная признаков русскости или вообще какой-либо этничности скульптура, точно так же она лишена привлекательности, умилительности или чего угодно, что могло бы в ней быть, — но нету. И тем она хороша.

Культтуризм с Владимиром Раевским: о премии «Инновация», скандалах и открытиях в мире современного искусства (фото 9)

Наконец, хотелось бы рассказать ещё о двух арт-объектах: один до сих пор можно увидеть в Нижнем Новгороде (и, надеюсь, можно будет смотреть всегда), другой получился случайно (и, надеюсь, не повторится никогда).

Итак, по порядку. Нижегородская знаменитость, уличный, а впоследствии и не уличный художник Артём Филатов вместе с товарищами десантировался в крематории. Это новое здание на окраине города, очень точно запечатлевшее наше время-безвременье, наше отношение к смерти и наше отношение друг к другу. Жуткое, чудовищное место, которое, даже несмотря на функцию, не имеет права быть бесчеловечным.

И вот тут происходит чудо: в небольшом внутреннем дворике крематория художники разбили сад. В длинных кадках высажены растения из разных природных зон: темный лес, светлый лес, луг, поле. Земляничные листочки, репей, лопухи, деревца — всё это колышется под аккомпанемент, доносящийся из светло-жёлтого органчика: изящной установки с двумя колонками. Из колонок льется ангельское оперное пение Зои Петровой: она выпевает латинские названия органов в порядке их сгорания. Из огромной трубы периодически вырывается черный дым. Сотрудники крематория (явно не несущие ответственности за облик здания) помогают ухаживать за садом, а те, кому выпало крематорий посетить, обнаруживают его случайно и — остаются.

Ну и, чтобы не заканчивать на показательно высокой ноте, — последний арт-проект. Это — сама церемония вручения премии «Инновация», то есть та, на которой победил и Артём Лоскутов, и все прочие. Многочисленная публика прибыла в Нижний Новгород на московских поездах «Стриж» и «Ласточка», радостно выпивая в вагоне-ресторане, потом ходила по улицам, обедала, пила кофе, в общем, жила обычной жизнью. До начала церемонии.

На церемонии вся та же публика послушно заняла места в зрительном зале в строго шахматном порядке, с соблюдением социальной дистанции, масочного режима, выражений многозначительности. Эпидемия вернулась. Но ровно на полтора часа.

Культтуризм с Владимиром Раевским: о премии «Инновация», скандалах и открытиях в мире современного искусства (фото 10)

Как только церемония закончилась, публика выдохнула, коллективно чокнулась шампанским и, выбросив маски в урны, отправилась отмечать.

Смею надеяться, это был перформанс.

Добраться до Нижнего Новгорода можно поездами «Стриж» и «Ласточка» из Москвы, а также «Сапсаном» из Петербурга. Арсенал в Нижегородском кремле работает в обычном режиме, со вторника по воскресенье. Также, пока хорошая погода, не пропустите целую россыпь уличных работ фестиваля стрит-арта «Место».

Статьи по теме

Подборка Buro 24/7

Оставьте комментарий