Один из ожидаемых показов Лондона — дебют Кристофера Кейна в Mulberry — случился почти под занавес предпоследнего дня недели.

Шотландец Кейн после учебы в святая святых, Колледже искусств и дизайна им. Святого Мартина, отказался от полной ставки в Versace, согласившись выполнять обязанности консультирующего дизайнера, чтобы в 2006-м запустить собственный бренд имени себя. Спустя год он получил награду Британского модного совета в номинации «Лучший дизайнер года», а спустя два его весенне-летнюю коллекцию хотели примерно все клиенты Net-a-Porter. В 2023-м Кейн, к большому сожалению поклонников и представителей индустрии, марку закрыл (пандемия не оставила шансов на выживание). Руководство британского же Mulberry в марте этого года решило, что пропадать такому таланту, как Кейн, просто нельзя, поэтому назначило его креативным директором дома (существует на рынке с 1971-го), желая перезапуска ready-to-wear и возвращения в высший эшелон. 

Приводить в форму бренд Кейн решил через 60-е, геометрию и футуризм. Так, показ открыла серия образов (пальто, юбки, платья, комплекты), выполненных в красивом (если не сказать идеальном) сером, с жесткими прорезями, которые напоминали застежку на сумках. По мере развития мысли Кейн продолжал вырезать из кожи и трикотажа нужные ему фигуры, а следом разбавлял (но не смешивал) серый с кипенно-белым (он так хорош на лаконичных кожаных платьях), авитаминозно-апельсиновым (мы влюбились в лоферы на каблуке), горьким шоколадом, небесно-голубым и (куда без него) черным. Он раскрашивал мужские рубашки в шотландскую клетку (и агитировал носить их навыпуск в паре с брюками в оттенке сливочного масла), превращал органзу в струящиеся многослойные мини-платья, отсылающие к морской ряби, дополнял плечи платьев-футляров эффектными «погонами», а длинные и укороченные парки с вместительными карманами призывал носить на голое тело. Разумеется, не остались без внимания сумки — специалитет Mulberry. Кейн показал как совсем миниатюрные, так и гигантские версии iconic Bayswater. И, по ощущениям, это выглядит как вполне себе достойный и уверенный шаг в не менее достойное и уверенное будущее. И, возможно, даже в Courrèges.