Поиск

Как это: печатный самиздат

Что читать

Как это: печатный самиздат
Пока одни говорят о том, что печатным медиа пришел конец, другие их запускают. Мы взялись проанализировать, что происходит сегодня с печатным самиздатом в стране, и выбрали 8 наиболее показательных примеров

На фоне непрекращающихся разговоров о кризисе и смерти печатных изданий, равно как и разговоров, в свою очередь те разговоры разоблачающих, довольно занятно наблюдать за тем, как эти самые печатные издания, несмотря на любые дискуссии, появляются одно за другим, как законопроекты Яровой. Самое интересное, что появляются они по инициативе совсем молодых людей, не обладающих никакими значительными деньгами и, конечно, совсем непривлекательных для инвесторов. Для России эта практика сравнительно нова; если в США или Западной Европе при каждом университете есть по журналу, а традиция арт-фэнзинов, выпускающихся ограниченным тиражом или делающихся руками, крепка и никогда особенно не ослабевала, то в нашей стране был всплеск молодых печатных самородков в середине 90-х, который к началу 2000-х сошел на нет. В последние, скажем, лет пять появилось значительное количество печатных изданий, совершенно разных по тематике, но объединенных следующими типологическими характеристиками: особенное внимание к визуальной части, дизайну; ограниченный тираж (как правило, 300—500 экземпляров, иногда 1 000); совсем молодая редакционная команда, почти всегда работающая над проектом бесплатно, а для покрытия средств на полиграфию запускающая краудфандинг-кампании. Во всех интервью о собственных проектах авторы и основатели подобных изданий упоминают одни и те же причины для выпуска печатного издания: желание сделать журнал как арт-объект, как артефакт, как что-то физическое, что можно поставить на полку и к чему можно возвращаться. Дело, конечно, не в этом. Дело в том, что в условиях девальвации текста в онлайн-среде единственным способом обеспечить более внимательное прочтение того, что вы написали, — напечатать это на бумаге. И обращение молодых людей, многие из которых даже понятия не имеют о существовании «Нового мира», к печатным изданиям говорит прежде всего, кажется, о возвращающемся внимании к текстам, а потом уже — к собственно журналам. В приведенном списке — издания совершенно разного типа: литературные и академические журналы, альманахи, фэнзины. Объединяет их только то, что они печатные и выпускаются энтузиастами, понимающими значение интеллектуальной продукции в современной России.

«Носорог»

Как это: печатный самиздат (фото 1)

Еще совсем недавно традиционные русские толстые литературные журналы были горячей темой для значительных дискуссий: серьезные писатели организовывались в симпозиумы и с трагическими лицами убеждали друг друга в том, что нужно спасать «Знамя» и «Октябрь». Впрочем, довольно быстро удалось разобраться, что не все так однозначно, что закат советских литературников более чем закономерен. Тем не менее поверить в то, что сам класс литературных журналов исчезает, было тяжело.
Первый номер журнала «Носорог» вышел в июле 2014 года, создав значительный ажиотаж в понимающих кругах. Самой глупой похвалой авантюрности основателей было: «выпустили печатный литературный журнал в то время, когда все вокруг кричат о смерти бумаги и тем более литературных журналов». Основатели — литератор Катя Морозова и литературный критик Игорь Гулин — делали все не только вопреки трендам, но и вопреки традиции: «Носорог» вообще не похож на литературный журнал — такой, каким его привыкли у нас видеть — с обложками, не меняющимися годами, с топорным кирпичом неразряженного мелкого текста внутри. Действующие художественные журналы России можно пересчитать по пальцам, и «Носорог» из них — точно самый красивый: с живописью на обложках, с вклейками картин малоизвестных, но очень хороших художников, с выразительным шрифтом на качественной бумаге. Из редакции любого литературного журнала почему-то всегда хотят выпытать — если это неочевидно — художественную политику издания. Игорь Гулин в одном из интервью примерно очерчивает область их интереса: «Есть некоторое поле, довольно четко опознаваемое, — новаторской литературы, сформировавшейся на основе советского самиздата. <...> Но при этом мы не пытаемся взять эту литературу и как-то ее представить как новую. Мы думаем, скорее, что это и есть русская литература как таковая сейчас. Мы пытаемся коллажировать какие-то ее фрагменты с другими полями. Да, нас интересует гомосексуальная литература, или — современная левая культура, с которой мы близки, или, скажем, культура маньеризма, или нечто экзотическое для нас, вроде иранской поэзии».
В редакцию, помимо Морозовой и Гулина, входят арт-директор Алексей Ивановский, корректор Мария Янушкевич, а с последнего номера — еще и редактор, писатель Станислав Снытко. Первоначально команда планировала выпускать по номеру четыре раза в год, однако финансовые затруднения не позволили соблюсти периодичность: редакция не собирает деньги краудфандингом, а печатается исключительно на средства от продажи журнала. Четвертый номер вышел в марте этого года, пятый планируется в сентябре.

Fleurs et larmes

Как это: печатный самиздат (фото 2)

Название альманаха, посвященного французской литературе и культуре, переводится как «Цветы и слезы». Основатели проекта — поэт, критик Денис Ларионов и Андрей Самохоткин, критик и переводчик — поставили себе целью познакомить русскоязычного читателя с немагистральными представителями французской литературы. В первом номере редакция обещает тексты Маргерит Дюрас, Жюльена Грина, Валери Ларбо, Жоржа Батая, Ги Дебора.
Концепция издания, посвященного одному конкретному региону, — довольно редка для России. Сравнительно крупные журналы, вроде «Иностранной литературы», время от времени делают тематические выпуски, только и всего. В данном же случае речь идет об альманахе, полностью состоящем из переводных текстов. Корпус текстов для первого номера уже собран и переведен, однако кампания по сбору денег еще не окончена. Все желающие могут помочь альманаху появиться на свет, предзаказав первый номер.

«Археология русской смерти»

Как это: печатный самиздат (фото 3)

Проект «Археология русской смерти» появился еще летом 2012 года в результате кооперации некросоциолога Сергея Мохова и историка Сергея Простакова. Тогда — после нескольких месяцев обсуждений — ими был запущен сайт на домене nebokakcofe.ru, первое время существовавший как агрегатор научных статей по теме некросоциологии и вообще изучения смерти и умирания. Блог привлек внимание некоторых представителей академического сообщества, в частности, Сергея Кана — профессора антропологии Дартмутского колледжа в США, — Кан написал авторам блога письмо, говоря о своем внимании и симпатии к проекту.
Со временем «Археология ...» обрастала текстами, знакомствами и общим пониманием вектора ее развития; в 2015 году редакцией было принято решение о выпуске периодического печатного журнала с оригинальными текстами. Задача до известной степени авантюрная: то, что на западе называется death studies, в российской академической среде не разработано вообще, не говоря уже о разнице, отмечаемой Сергеем Моховым, в понимании смерти в России и на Западе. Деньги собирали через сервис краудфандинга. Вышедший в октябре 2015-го первый номер журнала «Археология русской смерти» стал вообще первым журналом о некросоциологии и антропологии смерти.
Издание привлекает внимание — в буквальном смысле — своим внешним видом. Смотря на обложку, совсем нельзя сказать, что перед вами академический журнал. Все мы видели, должно быть, научные журналы при университетах и организациях: невнятный бледный переплет, единообразный мелкий шрифт внутри. До последнего времени из российской научной периодики уделял внимание внешнему виду только, кажется, «Логос». «Археология...», благодаря графическому дизайнеру Алене Салмановой, получилась таким изданием, которое упрощает — тактильно и визуально — процесс чтения серьезных текстов. Предполагаемая периодичность журнала — три раза в год, второй номер вышел в мае 2016-го.

«Замыслы»

Как это: печатный самиздат (фото 4)

Первый номер журнала о театре «Замыслы» вышел в апреле 2016-го. Это довольно толстая книжка, отпечатанная тиражом 700 экземпляров, а в мае допечатанная дополнительным тиражом, — издание, кажется, пользуется спросом. Как сообщают члены редакции, на протяжении двух лет журнал создавался и развивался Екатериной Костриковой с командой друзей и единомышленников; к текущему моменту редакция значительно расширилась и включает в себя, в числе прочих, актёры Лаборатории Дмитрия Крымова в театре «Школа драматического искусства»; первый номер, собственно, почти полностью и посвящен Крымову, Лаборатории и вопросу образования сценографов и художников в ней. Проект был благословлен на существование — неизвестно, насколько компромиссно — Мариной Давыдовой, главным редактором журнала «Театр», - наверное, лучшего российского журнала о театре.
Очевидно внимание редакции к визуальной стороне дела: внутри журнала очень много иллюстративного контента, есть даже отдельный раздел «Театральные комиксы»; сам журнал, каждый его экземпляр, обернут в разрисованный картон, бывший некогда фрагментом декорации спектакля Крымова «Опус №7», что представляет для основателей предмет особой гордости. Не так все однозначно с текстами в журнале: интонация веселости и легкого удовольствия от процесса, изначально взятая редакторами, может отпугнуть читателей, нуждающихся в серьезном обстоятельном анализе предмета, впрочем, в самой редакции журнала с такой характеристикой не согласны.
Второй номер, как это отмечается авторами, «будет посвящен проблеме взаимодействия режиссера и театроведа в современном культурном пространстве» и планируется к выходу в октябре этого года. Для покрытия стоимости печати редакция запустила краудфандинг-кампанию.

«Альманах-30»

Как это: печатный самиздат (фото 5)

В апреле 2015 года команда под руководством историка Сергея Простакова и фотографа Сергея Карпова запустила онлайн-проект «Последние 30». Имея в виду последние тридцать лет, с 1985 года, редакция поставила себе целью попытку анализа постсоветской России через призму разных сфер общественной и частной жизни. Довольно оригинальная концепция проекта заключается в выборе тридцати тем («Субкультуры», «Бизнес», «Образование», «Выборы», «Миграция», «Интернет» и т. д.), на каждую из которых публикуется текст ученого, текст журналиста, а также фотогалерея с героями.
«Альманах-30», подготовленный к годовому юбилею проекта «Последние 30» и презентованный 27 мая, представляет собой очень объемную (476 страниц) печатную книжку, собравшую в себя тридцать текстов от тридцати авторов (включая поэзию, выходит несколько больше). Альманах разделен на два блока: художественные тексты (проза, стихи) и нехудожественные — журналистские, публицистические и научные тексты. Составителем первого блока выступил писатель Антон Секисов, второго — Сергей Простаков. Издание вышло тиражом 500 экземпляров, деньги на печать собирали через сервис краудфандинга.
Принципиальной задачей составителей было собрать под одной обложкой людей моложе тридцати лет — совершенно разных взглядов, профессий и места рождения и проживания, — чтобы совместно отрефлексировать опыт так называемого «первого постсоветского покления». Сергей Простаков, составитель non-fiction части альманаха, так прокомментировал для Buro 24/7 некоторые итоги проекта: «"Альманах-30" наглядно показал: собрать на общее дело людей разных взглядов в России 2016 года нереально. Российский интеллектуальный и творческий мир погряз в тусовочности. Поэтому альманах и на 50% не приблизился к декларируемым целям, но тут не наша вина, а общероссийская болезнь под названием атомизация. Но есть и хорошие новости: альманах оказался востребованным у публики. Мы рассылаем лоты по всей России и даже в страны ближнего и дальнего зарубежья. А раз есть желание участвовать хотя бы в качестве читателя в обсуждении опыта первого постсоветского поколения, значит все болезни излечимы».

«[Транслит]»

Как это: печатный самиздат (фото 6)

Журнал «[Транслит]» из всех приведенных в этом списке — самый длительно существующий: в этом году издание отметило десятилетие. По типологии журнал относится к литературно-критическим, хотя критики и философско-литературоведческих текстов в нем больше, чем собственно текстов художественных. Издание придерживается концепции тематических номеров: «Литература советская», «Литературный позитивизм», «Стиль факта / факт стиля»; последний вышедший номер (№18, «Драматургия письма») посвящен взаимопроникновению литературы и театра.
«[Транслит]» за без малого одиннадцать лет своего существования добрался до почти культового статуса в сравнительно молодой литературной среде. Среди авторов за все это время были такие люди, как Кирилл Медведев, Андрей Сен-Сеньков, Кети Чухров, Татьяна Венедиктова, Дина Гатина, Сергей Фокин и другие. Бессменным главным редактором журнала является поэт, художник, эссеист и литературный критик Павел Арсеньев; однако в середине июня Арсеньев сам объявил о том, что восемнадцатый номер — последний, в котором он принимает участие в таком статусе, и что в дальнейшем он будет сокращать свое присутствие в делах журнала.

«12Крайностей»

Как это: печатный самиздат (фото 7)

Литературный журнал, который правильнее было бы назвать альманахом, «12К» или «12Крайностей», впервые вышел в Москве в апреле 2014-го. Первый номер был посвящен «Времени» и напечатан тиражом всего 150 экземпляров. Первоначально журнал выпускался силами двух человек, журналистки Серафимы Скибюк и художника Михаила Питерского, ими, по их собственному признанию, были написаны все тексты, подписанные именами выдуманных авторов. К третьему номеру, вышедшему в апреле 2015 года, вокруг проекта собралась целая команда сторонних контрибьюторов, среди которых Валерий Печейкин, Александр Маркин, Игорь Свинаренко, Сергей Пахомов и другие.
Основатели альманаха утверждают, что художественным кредо проекта является взирание на мир через оптику абсурда; это описание расширяется и уточняется в слогане: «Абсурдистский журнал о человеке, вписанном в общественное пространство против своей воли».
К текущему моменту всего вышло три номера: «Время», «Хаос» и «Смерть». Совсем недавно была объявлена тема четвертого, готовящегося к выходу ближе к концу года, — номер будет посвящен теме «Дом». В соответствии с первоначальным замыслом, «12К» закончится двенадцатым номером. Учитывая периодичность выхода, это будет не скоро.

Pollen

Как это: печатный самиздат (фото 8)

Первый номер самиздатовского фэнзина Pollen появился зимой прошлого года. Он был напечатан тиражом 100 экземпляров и полностью посвящен культовому американскому писателю Томасу Пинчону. Внутри — переводы и оригинальные тексты на русском языке. Второй номер появился в начале этого года и был посвящен писателю Дэвиду Фостеру Уоллесу: редакция включила в номер несколько переведенных и оригинальных эссе, фрагменты интервью, а также перевод первых двадцати трех полос романа «Бесконечная шутка». Третий номер снова почти полностью посвящен Пинчону, а четвертый, последний из изданных, раскрывает тему греческого андеграунда XX века, что несколько нарушает традицию обращения к американской литературе, свойственной журналу до сих пор.
Журнал, который разумнее было бы назвать фэнзином, выпускается крайне ограниченным тиражом и за короткий срок раскупается в книжных магазинах. Редакция, впрочем, выкладывает pdf-версии номеров в открытый доступ.


***
В этом списке собраны издания, так или иначе сосредоточенные на тексте. В типологии печатного самиздата значительное место занимают еще и так называемые арт-фэнзины, журналы, посвященные визуальной культуре, зачастую сами выполненные как объекты искусства. К таким можно отнести, например, Meow magazine, «Москвич», JMB, «Милый друг». Так или иначе, довольно легко увидеть тенденцию увеличения количества русскоязычных фэнзинов, камерных журналов и альманахов, улучшения их качества текстово и визуально. Пока еще, правда, запускать издание такого рода — довольно рискованная авантюра, сопряженная как минимум с большим количеством напряженной работы, в том числе по добыванию финансов.

 

Виктор Вилисов

17 авг. 2016, 14:00

Оставьте комментарий

загрузить еще