Поиск

Ультрамарафон в Сахаре: как бежать неделю и не потеряться в песках

Ультрамарафон в Сахаре: как бежать неделю и не потеряться в песках

Об одном из самых трудных забегов на планете рассказывает его основатель Патрик Бауэр

Интервью: Наталья Поротикова


Marathon des Sables, он же «Песчаный марафон» — один из самых трудных забегов на планете. Проводится в марокканской части пустыни Сахара, его расстояние — 250 км, которое участники преодолевают за неделю, проходя или пробегая в час от 4 до 14 км. У MDS нет постоянного маршрута, он каждый год меняется, и спортсмены впервые видят карту непосредственно перед стартом. На участие действуют квоты: из каждой страны может бежать ограниченное количество людей. Взнос MDS в несколько раз выше, чем на другие ультрамарафоны и многодневки: он составляет 3100 евро (для сравнения, знаменитый американский стомильник Western States — 410 долларов, а российский горный ультрамарафон «Транс Урал» — 4 900 рублей).

Патрик Бауэр, французский промоутер, основал Marathon des Sables после того, как 35 лет назад сам пробежал 350 км по Сахаре в одиночку, неся на себе абсолютно все — и еду, и воду. BURO. расспросило его о сложной логистике, значении для гонки российских спортсменов и о том, что заставляет человека двигаться дальше после сотен километров пути по пустыне.

Насколько успешен MDS как бизнес? И как вы относитесь к тому, что многие забеги стали в большей степени финансовым, а не спортивным предприятием?

 

Я искренне верю, что спортсмены во всем мире видят разницу между теми, кто ставит перед собой только финансовую цель, и теми, у кого есть другие ценности. Наша компания существует почти 35 лет и состоит из 6–7 сотрудников, пресс-службы, телепроизводства, команды социальных сетей и десятка официальных агентов по всему миру. Конечно, требуются средства, чтобы платить сотрудникам, но прежде всего деньги нужны, чтобы предоставлять нашим спортсменам достойные условия.

 

Обычно спонсоры приходят сами или вы их ищете?

 

Некоторые компании сами со мной связываются, чтобы изучить партнерские условия, но большую часть времени я контактирую с ними напрямую. Здесь нет волшебства и огромных бюджетов: это не футбол и не «Формула 1».

Участники соревнования оставляют после себя мусор или несут все с собой?

 

Наша компания очень строга в том, что касается окружающей среды. Весь мусор из каравана MDS собирается и сжигается в печи для отходов, поэтому наши бивуаки всегда чисты. Для нас это обязательство и уважение к населению и Королевству Марокко, которое принимает нас почти 35 лет. У нас есть специальная команда из пятнадцати человек, ответственная за чистоту. Ежедневные брифинги позволяют напомнить участникам о правилах поведения. Бутылки с минеральной водой, которые мы раздаем, из расчета по дюжине на участника, пронумерованы, а их крышки соответствуют нагрудному номеру бегуна.

Если такую бутылку найдут на трассе, это навлечет на бегуна серьезный штраф, при повторении — вплоть до исключения из гонки. На этой земле всегда будут люди, которым наплевать, и, например, они могут оставить упаковку от энергетических батончиков в пустыне. Но доброжелательность и солидарность являются ключевыми словами нашей гонки, и всегда найдутся другие участники, которые принесут мешок с отходами на контрольно-пропускные пункты, или уборщики на верблюдах, которые также возвращают любую упаковку или другой предмет, утерянный или брошенный участником на трассе.

 

Как организаторы вы наверняка контактировали с властями Марокко. Как бы вы оценили степень их заинтересованности в проекте, они вам помогают?

 

Марокко проявляет реальный интерес к этому событию, которое ежегодно затрагивает более 350 миллионов человек во всем мире благодаря прессе, телевидению, социальным сетям, различного рода трансляциям. Его Величество король Мохаммед VI на протяжении 24 лет  покровительствует MDS и предоставляет в распоряжение нашей организации более 30 военных грузовиков 4х4 и около 60 человек из Королевских вооруженных сил, которые помогают нам выполнять ежедневную работу и осуществлять логистику гонки.

Как устроена логистика лагеря? Бивуаки переезжают перед бегунами?

 

Существует два лагеря. Когда участники стартуют из одного лагеря и приступают к началу этапа, второй лагерь уже стоит в конце этого этапа, а когда они в него прибегают, впереди уже начинают раскладывать первый.

Лагерь полностью собирается за 2 часа. Каждый сотрудник и волонтер знает, что делать, все работают в своих маленьких командах. Нужно раздать людям воду, заправить генераторы, машины и вертолеты, всех накормить. Все происходит без слов, как по волшебству. Сбор лагеря — то же самое: пресса, медики, организаторы — за 2 часа все уходят и переезжают на новое место. За годы логистика отточена, все выверено. Все участники уважают друг друга, и все знают, что им делать, и поэтому все проходит максимально быстро.

 

С чем связано изменение маршрута каждый год? Что за конспирация, почему вы выдаете участникам брошюры только накануне старта?

 

Так было всегда, это что-то вроде традиции. Смена маршрута каждый год — нелегкая задача, но она приносит огромное удовольствие команде разработчиков трассы, частью которой я являюсь, и открытие новых маршрутов, представление их участникам гонки — огромное счастье.

Второй момент — это безопасность: не хочется, чтобы какие-то злые люди знали заранее место прибытия каравана.

Были ли случаи реального риска для жизни участников помимо истории итальянского спортсмена Мауро Проспери, который в 1994 году заблудился, плутал 9 дней и ел летучих мышей?

 

Всегда есть риски, что бы вы ни делали в жизни! Чем больше участников, тем они выше. Эта статистика вероятностей больше связана с медицинскими проблемами — от простых волдырей до обезвоживания и сердечных приступов. Вот почему я окружаю себя профессиональной медицинской командой, насчитывающей от 52 до 60 врачей, в зависимости от количества участников, двумя вертолетами для эвакуации, высокопроизводительными цифровыми радиоканалами, со станциями установленными на вершинах холмов. Десяток комиссаров гонки перемещаются с доктором и всем необходимым оборудованием для оказания помощи и реанимации, между чек-пойнтами. Врачи в каждой точке располагают соответствующим профессиональным оборудованием.

Каждый участник имеет при себе спутниковый маяк Spot, который позволяет в любое время геотегировать бегуна и следить за ним через Google Earth: маяки посылают сигнал каждые 5 минут. Семьи тоже могут отслеживать участников вплоть до их прибытия на финиш или смотреть видео с веб-камеры в прямом эфире.

 

Что вы посоветуете человеку, который заблудился как Проспери? Вы что-то изменили после этого случая в требованиях к снаряжению?

 

С внедрением системы геолокации мы больше не боимся таких ситуаций. В случае очень сильной песчаной бури, когда нет видимости, мы советуем участникам сгруппироваться спиной к ветру или укрыться за естественным рельефом в ожидании инструкций комиссаров гонки, которые продолжают курсировать по трассе.

 

Как вы советуете тренироваться тем, кто планирует MDS? Беговая дорожка в сауне — это вариант?

 

Советы по подготовке к гонке должны основываться на целях. В неделю нужно бегать от 50 до 200 км. Это правда, некоторые участники тренируются в сауне, потому что климат их стран далек от марокканской Сахары, однако я не советую это делать без медицинского наблюдения. Вы должны тренироваться в своем собственном темпе с рюкзаком, чтобы привыкнуть к грузу, который нужно будет нести. Обязательно попробуйте еду, которую вы будете есть во время соревнования, чтобы у вас не было неприятных сюрпризов во время гонки.

 

Что сложнее, MDS или Badwater (ежегодный сверхмарафон в Долине Смерти, позиционирует себя как «тяжелейший легкоатлетический пробег в мире». — Прим. BURO.)?

 

Я думаю, что MDS сложнее, чем Badwater: американская гонка проходит в жару, конечно же, но это бег по асфальту. Кроме того, вы не тащите еду на себе. В MDS вы несете провизию и снаряжение сами и бежите по разным видам трудного покрытия: вам встречаются песчаные дюны, сухие озера, русла рек, оазисы.

С чем связана квота на страны? Почему много именно французов и британцев?

 

Исторически активнее всех участвовали две страны — Великобритания и Франция, оттуда быстрее всего добраться до Марокко. Сейчас у нас есть представительства, можно сказать, посольства в других странах: в США, в России, в Китае, в Японии. Мы стараемся эти страны отблагодарить за то, что наши представители там работают, и даем увеличенные квоты. Кроме того, квоты могут расти: если в этом году 10 участников, а зарегистрировалось 15, то в следующем году мы, скорее всего, поднимем квоту.

Особенно много людей регистрируется на юбилейные забеги. На 30-м было 1 320 человек, и это увеличило проблемы с отелями и палатками. Но наша задача — не только расти количественно, но управлять всеми услугами, которые мы предоставляем, и обеспечивать безопасность.

Всего у нас 50 стран-участниц. В этом году 30 уже подтвержденных участников из России, что является рекордом. И я уверен, это не предел, потому что в этом году у гонки юбилей — 35 лет. Регистрация еще не закрыта, есть огромный спрос и выкуплено более половины всех квот.

 

Расскажите, как русские спортсмены участвовали в MDS и выигрывали?

 

В 2016 г. победила Наталья Седых и должна была бежать в этом году, но планы изменились — она должна вот-вот родить. Я искренне ее обнимаю и желаю ей счастья. Наталья — великолепная спортсменка, она к нам вернется в 2021 году. Другой российский спортсмен, Андрей Дерксен, выигрывал MDS в конце 90-х.

Что вы говорили себе во время самой первой гонки, чтобы двигаться дальше?

 

Первый переход через Сахару был сложным: мой рюкзак весил 35 кг. В первый день я прошел всего 17 км и всерьез задумался, все ли я правильно просчитал? Не останусь ли я здесь? Тогда еще не было ни нынешнего снаряжения, ни сублимированной еды. Спальник у меня был израильской армии, мне его кто-то дал. Он один весил 4 кг.

Когда ты знаешь, что перед тобой 350 км, а у тебя только та вода и еда, которые у тебя с собой, и это все нужно рассчитать до конца... Один раз заболела нога, и я испугался, что не смогу продолжить. Но наутро все прошло. Два последних дня еды почти не было. Пожалуй, это было даже удобно, что с течением времени вес рюкзака уменьшался.

У меня была поясная сумка с сухофруктами, финики, орешки, я их понемногу ел. В обед я съедал хлеб с плавленым сыром. Вечером, в конце запланированного этапа, у меня был почти настоящий ужин: хлеб, сыр, лук, я все это солил, перчил. Я очень любил и ценил эти моменты. Это в том числе заставляло меня двигаться дальше. Кстати, именно поэтому я говорю: не надо брать с собой еду, которую ты не любишь.

Ближайший Marathon des Sables пройдет с 3 по 13 апреля 2020 года. Регистрация на сайте продолжается.