Поиск

Почему законопроект, запрещающий брак и усыновление трансгендерным людям, не должен быть принят

Почему законопроект, запрещающий брак и усыновление трансгендерным людям, не должен быть принят


Вторую неделю говорят о законопроекте сенаторов Мизулиной и Нарусовой с менее известными Еленой Афанасьевой, Александром Башкиным, Риммой Галушиной и Максимом Кавджарадзе, которые собираются запретить трансгендерным людям создавать семьи и заводить детей в России. Он также существенно понижает права опеки и предлагает считать родителями исключительно кровных мать и отца ребенка. Колумнистка BURO. и ведущая блога об осознанном родительстве «Мать года» пообщалась с теми, кого напрямую коснутся эти изменения, если их рассмотрят и примут осенью в Думе.

BURO. вынуждено предупредить, что содержание статьи подходит только совершеннолетним читателям.

Что меня поражает в поколении бумеров — напомню, это люди, родившиеся после войны, а не любой ваш знакомый старше тридцати, — большинство из них не способно учиться. Речь не про уроки и занятия, на которых усваивается свежая информация и появляются новые навыки — речь об эмоциональном развитии, возможности учиться сердцем и душой. Им сложно проявлять чувства, им сложно их распознавать, и эмпатия для многих из них — просто модное молодежное слово. Это грустно, ведь законы в России почему-то пишут именно они (Мизулиной — 65 лет, Нарусовой — 69).

Я уже писала в BURO., почему каждый родитель должен поддерживать ЛГБТ+-сообщество (вкратце: чтобы дети жили в безопасном обществе, чтобы умели проявлять эмпатию, чтобы доверяли нам, а мы — им) и неоднократно говорила об этом в инстаграме. Но для того, что я хочу обсудить сегодня, одного моего голоса недостаточно: новый законопроект с поправками в Семейный кодекс об укреплении семьи разрушит семьи тех, кто поделился со мной своими мыслями в этой публикации. Эта законотворческая инициатива заберет у них часть жизни.

Меня спрашивают: Лена, а тебе-то какое дело? Мне стыдно, хотя я уже давно живу со жгучим стыдом за все, что происходит в России с отношением к гендеру, расе и любым прочим проявлениям инаковости. Я не хочу объяснять сыну, что в нашей стране не у всех есть права, что многих людей, которым повезло родиться или стать не такими, как все, здесь дискриминируют, унижают и втаптывают их в пол, как это делали активисты радикально-православного движения «Сорок Сороков» с радужным флагом у посольства США. Мы думаем, что нас это не касается, и если «за нами придут», то точно не сегодня. Но послушайте, уже пришли — просто это такие невидимые дементоры, которые заполняют собой пространство вокруг нас, и воздуха становится все меньше и меньше.

Я несколько дней общаюсь с молодыми и классными ребятами, в возрасте которых все впереди. Предложенные сенаторами поправки лишают их будущего, и это самое негуманное, что можно представить в деятельности политика. Повторюсь, мне стыдно, потому что пока прав и свобод нет у какой-то одной категории, ее нет и у тех, кто считает себя благополучным большинством. Как бы глупо это ни звучало, мне очень хотелось бы достучаться до людей с холодными сердцами и бинарным кодом в голове — тех самых бумеров, которые в Конституции и всех прочих законах страны пытаются закрепить угнетение человека. Человек — это не нолики и единички! Вы ничего не знаете о человеческом мозге, он просто не изучен. Но вы можете узнать о человеческих чувствах, и для этого, пожалуйста, послушайте и научитесь видеть немножечко больше.

А те, кого убеждать не надо, могут пройти по ссылкам в конце материала.

Законопроект бесчеловечен: такие семейные ценности провоцируют насилие

Я, как психолог по образованию, могу сказать, что если поправки вступят в силу, взлетит уровень самоубийств. В этих инициативах нет гуманности, в них нет мысли о людях, потому что ценности не существуют где-то в отдельном вакууме — они существуют в нас. Так ли нам они нужны, если из-за них оборвется хотя бы одна жизнь?

Почему законопроект, запрещающий брак и усыновление трансгендерным людям, не должен быть принят (фото 1)

Мира Тай

социолог, активист

 

Любой транс* или интерсекс-человек, сменивший документы, по этим законам будет находиться фактически вне правового поля, потому что у него/нее будет ДВА пола одновременно — один в свидетельстве о рождении, другой в паспорте (звездочкой в комбинации со словом транс* принято обозначать, что речь идет также о небинарных людях. — Прим. BURO.). Однополые браки запрещены, но если у тебя два разных пола, то хотя бы по одному из них твой брак окажется однополым. Всех существующих супругов, где хотя бы один человек менял документы, смогут законно развести принудительным образом.

 

Все, кто уже поменял свидетельства о рождении, обязаны будут получить старые обратно — вероятно, со старым именем и с новой графой «пол». Это вызовет волну аутингов. Люди, которые не рассказывают близким или коллегам о своей трансгендерности или интерсексности, подвергнуться огромному риску, что это станет известно против их воли, и часто это смертельно опасно.

 

Если пол в документах будет заменен, брак транс*человека признают однополым и недействительным, а что, если он/она имеет общих детей в браке? По этой логике выходит, что свидетельство о рождении ребенка тоже должно быть заменено, а транс*родитель оттуда должен быть удален. Что будет с транс*людьми, которые усыновили или удочерили ребенка в браке? Если нельзя быть опекуном, то детей могут отнять и вернуть в детский дом.Суть этого законопроекта продемонстрировать, что транс*люди и интерсекс-люди второго сорта, что они опасны для детей и общества. Это повышает уровень агрессии и насилия по отношению к нам. Агрессоры теперь могут оправдывать свои действия тем, что даже государство не считает нас за людей. Насилие будет подкреплено чувством безнаказанности — раз мы унтерменши, то понятно, что за нас не заступятся.

 

Все мои знакомые транс*люди сейчас в ужасном состоянии, некоторые целыми днями рыдают, кто-то пишет про суицидальное состояние. Я целыми днями публикую везде телефоны психологической помощи, потому что боюсь, что кто-то не выдержит. Особенно юные люди и подростки, которые могут вообще плохо понять, о чем речь, но прекрасно понять общий вайб и послание «общество против вас». Трансгендерные дети и подростки в России есть, но, естественно, чаще всего родители не в курсе. Поддержку им брать неоткуда, складывается ощущение, что против тебя ополчился весь мир, и выхода нет. Это очень опасно, а статистика суицидов по Т*людям и так в два раза выше, чем по ЛГБ в целом.

Законопроект сильнее всего ущемляет интерсекс-людей — самую невидимую группу

Как известно, иногда люди рождаются с наборами половых органов, по которым сложно определить биологический пол. В нашей стране в этом случае родители и врачи его, внимание, выбирают. И часто делают операции еще маленьким детям. И, представляете, они часто ошибаются. И в период полового созревания все оказывается иначе, чем они, родители и врачи, решили. Как тут быть? И как этот закон скажется на людях, за которых уже один раз кто-то решил, а теперь будут решать еще раз.

Почему законопроект, запрещающий брак и усыновление трансгендерным людям, не должен быть принят (фото 2)

Антон Крыжановский

Сооснователь инициативной группы Интерсекс.ру

 

Интерсекс-людям по всему миру живется не здорово, потому что это группа невидимая. Если за границей об этом говорят больше, то у нас, к сожалению, не говорят вообще. Сейчас сообщество состоит из 70–100 людей, хотя их гораздо больше. Среди них есть и родители, у которых интерсекс-дети.

 

Проблема номер один, с которой мы боремся, главная проблема нашего сообщества — калечащие операции на интерсекс-детях. Интерсекс-люди биологически или генетически по хромосомам имеют отличия от типичного женского и мужского тела, необязательно смешанный набор. Это может быть полностью женское тело, но без матки или яичников, или без влагалища. Или у мужчины может быть дополнительная Х-хромосома. Большинство вариаций не влияют на внешность человека: все интерсекс-люди выглядят довольно типично для женщин и мужчин. Операции бывают двух типов: косметические, которые делают детям, родившимся с промежуточным вариантом гениталий. Врачи рекомендуют делать такие, чтобы якобы ребенок чувствовал себя психологически комфортнее. Часто они рекомендуют родителям не рассказывать детям об этой операции. Второй тип — удаление гонад. Например, если в женском теле находят яички в брюшной полости, их тоже удаляют, потому что якобы есть вероятность развития рака, хотя такая связь не доказана. Эти операции травматичные, несовершенные, у человека на всю жизнь происходит потеря сексуальной чувствительности, проблемы с мочеиспусканием, с почками, с психикой, с самооценкой… Можно перечислять сколько угодно. Эти операции оставляют людей бесплодными.

 

Как предлагаемый законопроект будет работать на интерсекс-людях? Дело в том, что некоторые интерсекс-вариации сразу не отражаются на виде человека и определении к какому-то полу. Пол может начать меняться в подростковом возрасте во время гормональной перестройки — сам человек никак на это не влияет. И, например, человек уже выглядит как мужчина, а у него женские документы, и их надо менять. И это окажется невозможным.

Законопроект буквально вынуждает людей эмигрировать

Я несколько дней слежу за тем, что происходит в активистских чатах, и вижу сильных и смелых молодых людей. Я пишу, что закон может забрать у них будущее, но в них я вижу, что они готовы за него бороться. И чувствую гордость, что живу одновременно с поколением, которому важно быть, важно говорить и делать так, чтобы их слышали. На одиночных пикетах против поправок задержали активистку Полину Симоненко и журналистку Милу Земцову. Полина — трансдевушка; как вы можете догадаться, сотрудники полиции обращались к ней по паспортному имени. Ее приговорили к ограничению свободы на 14 суток. Я, простите за пафос, как женщина и мать смотрю на этих молодых и смелых девушек и понимаю, что они просто хотят нормально жить, не оглядываясь и не боясь.

Почему законопроект, запрещающий брак и усыновление трансгендерным людям, не должен быть принят (фото 3)

Пауль Хопсон

ЛГБТ+-активист

 

Нам в целом живется сложно. Мне лично сложнее всего было из-за документов. В 16 лет я сделал себе нейтральные имя и фамилию с разрешения родителей, но пол все равно остался, и стало сложно устраиваться на официальные работы: было много вопросов, так как я выглядел уже как парень, а документы были женские. В общем, платили всегда мало, и если бы не помощь отца, на комиссию бы денег отложить вряд ли смог (необходимые медицинские освидетельствования для перехода. — Прим. авт.). В общем, Т-людям из-за дисфории довольно дискомфортно живется в любой стране, а дополнительные преграды для перехода влияют на это нелучшим образом.

 

Мне, честно, нравится Россия, но тут все сложнее жить представителям ЛГБТ+-сообщества. Предлагаемый законопроект точно запретит мне брак, и на 100% отрежет путь к созданию семьи с ребенком в этой стране. Люди на работе или в другом месте, где работают с документами, узнают, что я транс до того, как я решу, говорить им это или нет. Да и в целом это шаг в очень тревожном направлении: если дальше скажут паспорта менять обратно, как-то совсем бесчеловечно будет. Я знаю людей, которые сейчас живут в счастливом браке, кто-то с детьми, и с первого взгляда ничего необычного в этих семьях нет. Было бы жестоко заставлять их расторгать брак или запрещать усыновлять детей.

Почему законопроект, запрещающий брак и усыновление трансгендерным людям, не должен быть принят (фото 4)

Герман

Активист проекта для трансгендерных людей и их близких Т9 NSK

 

Общее мнение у всех, кто не занимается активизмом, одно: мы вспоминаем, какие языки лучше знаем, и собираем вещи. Обсуждали, в какой стране проще получить визу, где меньше условий для получения политического убежища, короче сроки пребывания для гражданства и т.д. Куда можно уехать, если документы еще «старые», чтобы сменить их там, независимо от российского госаппарата.

 

Из 180 страниц законопроектов только три касаются ЛГБТ+-сообщества. А оставшееся кто-нибудь читал вообще? Происходящее касается всех и каждого — не только и не столько комьюнити. Мы вчера подумали, что ЛГБТ+-сообщество за последние годы стало такой гипножабой: видишь новости об ЛГБТ+, значит, вокруг происходит что-то действительно серьезное, и это касается всех. Но все видят только ролики про геев и голосования против усыновления транс*людьми. Очень удобно.

Почему законопроект, запрещающий брак и усыновление трансгендерным людям, не должен быть принят (фото 5)

Миша Вирс

Трансмужчина

 

Меня зовут Миша, мне 25, я транспарень и сменил все документы; женат год на цисдевушке. Если поправки примут в полной мере — мне мало того что придется менять обратно свидетельство о рождении (что само по себе болезненно), еще и наш брак будет под вопросом. Могут же обратную силу распространить и на них, тогда его аннулируют. Лет через 5–7 мы планируем стать родителями, еще не определились, будет ли это ЭКО или приемный ребенок, но с поправками и то и другое опасно. Усыновить ребенка нам могут не позволить, а своего отобрать.

Но законопроект ущемляет и россиян, счастливо живущих в других странах

Новые поправки касаются не только транс*людей — любой однополый брак, заключенный на территории другой страны, признается недействительным. Это бьет по огромному количеству семей: крепких, классных, любящих. Вариант выхода — уезжать навсегда, оставляя дом, родных, строить жизнь заново. И же не возвращаться сюда.

Почему законопроект, запрещающий брак и усыновление трансгендерным людям, не должен быть принят (фото 6)

Аня Евстратова

Художник, жената 12 лет, мать двоих детей, живет в Аргентине

 

Проект плохой, потому что предлагает сделать еще один шаг в сторону легализации гомофобии и трансфобии на государственном уровне. Он не про «укрепление семьи», а про лишение права на семью граждан России. Однополым и транссемьям еще сложнее будет быть родителями, еще страшнее будет лишиться детей (не только усыновленных, но и биологических). Трансзаконодательство вообще откатывается в какое-то Средневековье — с возвращением старых документов, принудительным аутингом и отказом признавать их сущность. Законопроект отчетливо говорит: вам здесь не рады, и равноправия вы здесь не получите. Я чувствую обиду и боль, ведь еще год назад мы могли хотя бы приезжать в Россию в гости, а сейчас уже слишком страшно. Почему нам должно быть страшно навестить родную страну? Свозить детей повидать бабушек?

Почему законопроект, запрещающий брак и усыновление трансгендерным людям, не должен быть принят (фото 7)

Катя Е.

Маркетолог, живет в браке с девушкой и с сыном в Испании

 

Нам 33 и 38, мы в браке 5 лет, малышу 2 года. У меня была очень успешная карьера в России, но, когда родился сын, мы испугались и уехали так быстро, как только смогли (за несколько месяцев, бросив вообще всё). За два года до этого я пыталась усыновить малыша, но как раз тогда внесли поправки о требованиях к усыновителям, где было ограничение для лиц, состоящих в однополом браке, поэтому последняя часть поправок не нова, но не менее ужасна от этого.

 

Из того, что коснется нас напрямую, — ст. 2.1 Семейного кодекса: «Родители — кровные мать и отец ребенка». То есть теперь мы, скорее всего, даже не рискнем поехать в Россию на каникулы, не то, что вернуться. Это означает, что даже при наличии всех документов и статуса «родителя» для моего сына, въезжая в Россию, я автоматически перестану им быть.

Законопроект коснется «нормальных» (с точки зрения большинства) семей

У меня есть знакомая и очень любимая семья, которая может показаться самой обычной, хотя на самом деле она идеальная. Я часто повторяю, что таких не бывает, потому что у каждого свой путь, свои решения. Но я лукавлю: одну такую семью я вижу и горжусь знакомством с ними.

Почему законопроект, запрещающий брак и усыновление трансгендерным людям, не должен быть принят (фото 8)

Иван

Трансмужчина, отец двоих детей (имя изменено по просьбе спикера)

 

Я долго читал эти 100 пунктов, и меня абсолютно раздавила идея, что опека теперь не имеет почти никаких прав. Как мне казалось, предполагается, что, укрепляя семейные ценности, ты даешь ей больше возможностей, но, видимо, наоборот. Плохие условия содержания, по их версии, недостаточный повод для перемещения ребенка. То, что только полиция может входить в квартиры к проблемным семьям, чтобы проверять их бытовые условия, означает, что никакая социальная служба не сможет вмешиваться в ситуации бытового насилия.

 

История, что родителями ребенка теперь считаются только кровные мать и отец, закрывает возможность усыновленному или удочеренному ребенку считаться родным. Весь законопроект выглядит пугающим; в нем далеко не только те вещи, которые относятся к трансгендерам, шокирующие и абсолютно средневековые. По этому закону трансгендер — неважно, в каком он статусе, — не сможет вступать в брак, создавать семью и иметь детей. То есть фактически путь такой: если ты официально меняешь пол, значит, навсегда остаешься без семьи. Или не меняешь пол.

 

Очевидно, что трансгендерные семьи в российском законодательстве хотят приравнять к гомосексуальным семьям. Глобально так и есть, но все равно это кажется ужасным и раздавливает еще тем, что если поправки про права детей еще могут откорректировать, то позиция по отношению к трансгендерам не изменится. Потому что слишком мало про них — про нас — знают, и в целом общество под влиянием последних лет пропаганды к нам настроено враждебно. И в этот момент хочется заорать во всеуслышание: я нормальный, и я такой! Но это страшно и опасно. В том числе для наших детей.

 

У нас довольно стандартная по всем формам семья: мама, папа, двое детей. Родители давно женаты, все в семье носят фамилию папы. Если закон вступит в силу, все наши семейные документы аннулируются. И даже непонятно, как это бюрократически все будет устроено. В моей голове возникает параллель про евреев с желтыми звездами в Третьем рейхе. Для моей семьи это значит только то, что она не сможет жить в этой стране.


Статьи по теме

Подборка Buro 24/7

Оставьте комментарий