Поиск

Как бороться с этой и другими пандемиями? Возможно, именно сейчас надо отказаться от мяса

Как бороться с этой и другими пандемиями? Возможно, именно сейчас надо отказаться от мяса


Еще раз напомнить о неизбежности перехода человечества с животной на растительную пищу взялся Алексей Иванов — координатор проекта «Едим лучше».

Дебаты на тему производства и потребления мяса в последние годы становятся все остросюжетнее. Защитники животных и экоактивисты говорят, что оно оказывает негативное влияние на окружающую среду, здоровье людей, изменение климата и на жизнь самих животных. Согласно данным ООН, сфера животноводства ответственна за выбросы 14,5% парниковых газов. Если потребление мяса и другой животноводческой продукции будет расти нынешними темпами, глобальные выбросы парниковых газов от животноводства вырастут почти на 80% к 2050 году, что делает нереалистичными цели, поставленные в Парижском соглашении по снижению углекислого газа в атмосфере. Оппоненты настаивают, что наши предки не одну сотню тысяч лет ели мясо и оно необходимо для получения незаменимых аминокислот. Но ровно как сегодня многие из нас не следуют моральным заветам предков, не верят в святость брака и незыблемость родственных уз, так и с питанием. Сегодняшняя доступность растительных продуктов не обязывает человечество соблюдать древние пищевые предпочтения, ведь почти все необходимые питательные вещества (за исключением витамина B12) можно получать из растительной пищи. Польза для здоровья — главный фактор в росте ее популярности, что доказывают многие исследования (в том числе наше), поэтому я собираюсь сосредоточиться исключительно на вопросе полезности и вреда мяса.

Разговор об этом часто превращается в перебрасывание научными статьями. Например, в конце прошлого года группа исследователей провела пять систематических обзоров, в ходе которых изучалось влияние красного и переработанного мяса на многочисленные проблемы со здоровьем. Исследователи обнаружили низкие доказательства его вреда. В Гарвардской медицинской школе ответили, что эта работа основана на ошибочной методологии и неправильной интерпретации данных. Авторы использовали метод, применяемый в исследованиях лекарств и устройств, что, как правило, нецелесообразно в области питания. Разобраться, кто прав, не будучи специалистом в области медицины и методик исследований, сложно. Но очевидно, что над учеными довлеет тенденция искать или интерпретировать факты так, чтобы подтвердить свои первоначальные концепции.

На фоне аргументов о пользе или вреде животной пищи для состояния одного человека, в стороне остается негативное влияние производства мяса на здоровье всего человечества. В апреле 2020 года, когда половина жителей Земли сидит на карантине, тема очень актуальна. Нынешний коронавирус COVID-19 — зоонозная инфекция, то есть переданная человеку от животных, как птичий и свиной грипп. Такие заболевания у людей возникают либо при непосредственном контакте с животным-переносчиком, либо при употреблении в пищу его мяса. До сих пор точно не установлена причина появления COVID-19: существует конспирологическая гипотеза о том, что вирус попал к людям от улетевшей из лаборатории летучей мыши. Одно из вероятных предположений — источником заразы стал «мокрый рынок» в Ухани. На таких рынках диких и домашних животных продают в антисанитарных условиях, их убивают и разделывают прямо на глазах у покупателей. Но пресловутый суп, которым интернет-фольклор накормил первого заразившегося клиента на рынке, вполне возможно, был не из летучей мыши, а сварен на бульоне из вполне домашней свиньи, которая контактировала с мышью-переносчиком. В Китае уже запрещали торговлю дикими животными после вспышки атипичной пневмонии в 2002–2003 годах, но запрет был кратковременным и привел к развитию нелегального рынка.

Помимо рынков, другое место, хорошо подходящее для развития новых патогенов, — промышленные фермы, где животные содержатся в высокой плотности. Вирусы быстро распространяются в том числе из-за высокой интенсивности производства, которая вызывает хронический стресс и, как следствие, ослабляет иммунитет скота и птицы. Негативные последствия животноводства видны в исследованиях развития болезнетворных микроорганизмов, происходящих от свиней. В 1985–2010 годы мировое производство свинины выросло более чем на 80%, и за тот же период на свинофермах было выявлено 77 новых патогенов. Один из них, передающийся людям, оказался смертельным для человека: согласно различным оценкам, во время пандемии свиного гриппа A/H1N1 в 2009 году в мире умерло от 155 000 до 575 000 человек.

Другая часть проблемы — развитие устойчивости бактерий к антибиотикам. Более 70% всех производимых в мире антибиотиков добавляют животным в корма для снижения распространения инфекций, и с мясом и молоком они попадают в наш организм. Отчасти поэтому еще сто лет назад мы бы не смогли увидеть фермы, на которых одновременно содержится несколько тысяч голов, — тогда любая инфекция могла бы уничтожить все поголовье. С ростом потребления продуктов, содержащих антибиотики, увеличивается риск мутаций патогенных микроорганизмов, становящихся устойчивыми к противомикробным препаратам, — у людей вырабатывается резистентность. Уже сегодня от лекарственно устойчивых заболеваний ежегодно умирают 700 000 человек, из них 230 000 — от туберкулеза. И если эта ситуация не изменится, то, согласно докладу ООН, к 2050 году устойчивые к антибиотикам инфекции будут уносить по 10 миллионов жизней каждый год.

Детали такого мрачного сценария продемонстрировали в прошлогоднем сериале «Годы», где в 2030-х отец семейства умирает от сепсиса, развившегося в результате обычной царапины, — результат мутаций рассвирепевших бактерий. Историк, мыслитель и активист защиты животных Юваль Харари в своей статье в Time пишет, что «в борьбе с вирусами человечество должно тщательно охранять границы. Но не границы между странами. Скорее, оно должно охранять границу между миром человека и сферой вирусов». Понятно, что, когда человечество решит проблему с коронавирусом, границы между странами мы откроем снова. Но учитывая, что текущая борьба — борьба с последствиями катастрофы, а не с причиной ее возникновения, границы мира с вирусами, передающимися от животных, так и останутся открытыми.

В 2020 году у нас есть возможность усвоить уроки прошлого и своим выбором снизить риски будущих пандемий. А технологии, которые позволяют создавать гигантские промышленные фермы, могут помочь в разработке альтернатив, которые мы не могли представить 10 лет назад. Ниша товаров для вегетарианцев, за которыми в XX веке закрепился статус не вполне здоровых или нормальных людей, в последние годы стремительно трансформируется и привлекает инвестиции крупных игроков, в том числе производителей традиционного мяса. Ему сейчас существует два вида альтернатив — растительная и культивируемая. Первый аналог представляет собой продукт, изготовленный из бобового белка, но по вкусу и текстуре очень напоминающий мясо. Наиболее известные компании по его производству — Beyond Meat и Impossible Foods. В прошлом году бургеры «Без греха» с Beyond Meat появились в ресторанах White Rabbit Family, после блюда с ним ввели в «Теремке», T.G.I. Friday’s и других ресторанах, а теперь его можно купить в «Азбуке вкуса».

Один из минусов — цена: 850 рублей за две охлажденных котлеты Beyond Meat — дороже мяса высокого качества. Однако, учитывая не самые большие масштабы, на которые вышли производители, а также ряд технических проблем, со временем цена будет снижаться. К разработке растительных альтернатив также подключились российские производители, в том числе компания Myasoet и Наро-Фоминский мясокомбинат, в линейке которых были только мясные продукты.

Производство культивируемого мяса — кардинально иной процесс. У животных берут клетку, помещают ее в питательную среду, и за несколько недель таким образом возможно вырастить стейк или котлету. При этом отпадает необходимость в использовании антибиотиков, а ресурсов затрачивается в разы меньше. В медиа культивируемое мясо называют «лабораторным» или «выращенным из пробирки», но вопреки мнению оно производится не в лабораториях, а на предприятиях, больше напоминающих современные микропивоварни, чем НИИ. На массовом рынке этого мяса пока нет, но исследование «Едим лучше» показало, что более 40% россиян готовы его попробовать, в первую очередь если будут уверены, что оно безопасно и не уступает традиционному мясу по питательной ценности.

Да, оно значительно дороже растительного и органического в производстве, но намного дешевле, нежели 330 000 долларов, которые понадобились на производство первой котлеты в 2013 году. В 2020-м компании Future Meat Technologies 1 килограмм куриного мяса обходится уже в 300 долларов, а к 2022-му она планирует снизить цену до 20 долларов. В этот и другие подобные стартапы вкладывают не только Билл Гейтс, Ричард Брэнсон (оба — в Memphis Meats) и Сергей Брин (сооснователь Mosa Meat), но и руководители компаний из традиционной мясной промышленности — американские Tyson Foods и Cargill, а также немецкая PHW-Gruppe. Согласно отчету AT Kearney, к 2040 году 60% мяса на мировом рынке будет либо растительного, либо культивируемого производства.

«Одна из самых больших угроз, которая делает нас невероятно уязвимыми к катастрофическим событиям биологической природы, лежит в нашей системе производства продуктов питания — животноводстве», — пишут исследователи вирусов Синтия Пайм и Владимир Алонсо в вышедшем в конце марта обзоре связи пандемий и нашего выбора в питании. «Облегчение перехода к более безопасным источникам пищи должно стать достойным капиталовложением в здоровье и жизнь этого и будущих поколений», — добавляют они. А мы остаемся с осознанием, что, даже несмотря на статус недешевой диковинки, которым сейчас обладают растительные сосиски и гамбургеры, сокращение промышленного животноводства и снижение рисков дальнейших пандемий напрямую зависит от того, какие блюда мы выбираем в меню доставок ресторанов и магазинов.

Статьи по теме

Подборка Buro 24/7

Оставьте комментарий