Поиск

Как Тьерри Мюглер вернулся в моду — гениальным и неузнаваемым

Как Тьерри Мюглер вернулся в моду — гениальным и неузнаваемым

В этом году культовый персонаж 1980-х Тьерри Мюглер совершил камбэк: теперь модельер выглядит как марвеловский Джаггернаут, а его вещи снова сотрясают красные дорожки — как платье Ким Кардашьян на Met Gala

Текст: Надежда Стасова


В начале XXI века Тьерри Мюглер мог восприниматься как сумасбродный фрик, который делал красивые, сложные, но мало применимые к жизни вещи, которые и в истории моды занимают обособленное место. Однако в 2019 году общая усталость от утилитарности, гранжа и минимализма поменяла акценты. Мюглер стремительно стал для нас незабвенным классиком, чья судьба вдохновляет современных дизайнеров. Он художник, придумавший легендарные образы эпохи супермоделей, экстравагантный фрик и предтеча Александра Маккуина.

Cегодня The New York Times называют его показ сезона осень-зима 1995 года уникальным и посвящает ему огромный материал «Вудсток моды». Его канонические наряды снова сверхактуальны — мы говорим и об открывшейся весной рестроспективной выставке Мюглера в Монреальском музее, и о Карди Би на премии «Грэмми», воскресившей в памяти показ 1995 года. Самым знаменитым творением Мюглера после долгих лет молчания и забвения считается образ Ким Кардашьян — ее «мокрое» платье на недавнем Met Gala. Несмотря на то, что наряд не совсем попал под тему бала (кэмп), образ Ким стал одним из самых обсуждаемых — и что уж там, самым эффектным. Этой эффектности не занимать и дизайнеру: теперешний Тьерри Мюглер называет себя Манфредом, выглядит как марвеловский суперзлодей Джаггернаут и, судя по возрастающему интересу к его персоне, скоро снова попадет в топ-новостей.

Тьерри Мюглер, 1995 год

Вызывающе одетый танцовщик Рейнской национальной оперы

Тьерри Мюглер, танцовщик Рейнской национальной оперы, стал дизайнером случайно, за одну ночь. В начале 70-х он грезил балетной карьерой, ради которой переехал из Страсбурга в Париж. Мюглер того времени — это экстравагантный франт, воплощение того самого кэмпа и во внешнем виде, и в манере поведения. Он носил большие очки, смешивал в одежде все цвета радуги, соединяя средневековый и межгалактический стили.

«Он был воплощением радости жизни, все время танцевал и прыгал, — рассказывает Мистер Перл, дизайнер и автор всех его корсетов в интервью Telegraph. — Когда он заходил в Cafe de Flore, люди аплодировали ему за его внешний вид!» Многочисленные воспоминания современников молодого Мюглера сводятся к рассказам о невообразимости его облика и нарядов, в которые он одевался. Перья, футуризм, эклектика, шляпы — неудивительно, что его буквально останавливали на улице с вопросами «Где ты это купил?». В парижский бутик Gudule Мюглер попал именно после такого вопроса — за одну ночь он сделал эскизы и наброски, которые дали ему старт в качестве дизайнера.

 

Тьерри Мюглер, 1980 год

«Он был воплощением радости жизни, все время танцевал и прыгал»

 

 

Главный герой французской моды 1970–80-х

Вершина карьеры Тьерри Мюглера пришлась на начало 1980-х — время, которые принято сопровождать эпитетами «бурные» и «яркие». Разбитной участник супервечеринок, который досуг проводил непременно в обнимку с Жан-Полем Готье и Аззедином Алайя, а в рабочее время создавал запоминающиеся образы Наоми Кэмпбелл и Линды Евангелисты. Его подиумом в конце 1980-х и начале 1990-х также были выступления Дэвида Боуи и клипы Джорджа Майкла.

Его вдохновение в то время обитало где-то в 1940-х годах в Голливуде, а сознание — явно где-то на Марсе. Хотя правильнее сказать на Венере, потому что все его образы про торжество феминности. Мюглеровская формула подхода к платью незамысловата и не поменялась за сорок лет работы: нужно сжать талию, расправить плечи, преувеличить изгибы в бедрах, вытянуть осанку. Ким Кардашьян рассказывает, что на Met Gala ни разу не присела в его платье. Но по ее словам это небольшая цена за возможность выглядеть настолько сногсшибательно. «Сногшибательно и властно», — добавляет она.

Модель в платье Thierry Mugler, 1989 год

«Я никогда не мечтал стать модным дизайнером, — признается Мюглер, — а хотел связать свою жизнь с театром и стать режиссером. Но мода оказалась хорошим инструментом общения с миром». Первая коллекция и показ Тьерри под названием Café de Paris датируются 1974 годом, а своей финальной точкой он называет сезон 1994 год (хотя официально дизайнер отошел от дел в 2003-м). «Тогда, после шоу я понял, что это конец эпохи, — говорит Мюглер. — Мода сама стала брендом, маркетингом. Модельные агентства начали контролировать мир, и все это стало для меня неприемлемым. Для меня мода навсегда останется искусством, а красота будет исходить из свободы отличаться и быть собой». Это каноническая фраза из старого интервью The New York Times объяснила многочисленные поступки и метаморфозы, случившиеся с ним после 2003 года.

Тьерри Мюглер на показе в Нью-Йорке, 1987 год
Тьерри Мюглер и Жан-Поль Готье, 1993 год

 

Бодибилдер Манфред Тьерри Мюглер

Когда управляющая компания Clarins закрыла его бренд, Тьерри пропал с радаров, чтобы в 2009 году появиться в небольших заметках на музыкальных сайтах о том, что стал художественным руководителем тура Бейонсе. Спустя еще пару лет его имя запестрило в новостях о Cirque du Soleil. Мюглер начал сотрудничать с Zumanity — эротической версией цирковой франшизы, показы которой шли в Лас-Вегасе. Его имя стало все чаще появляться рядом со словами «шоу», а он сам будто стал объектом спектакля.

Теперь его зовут Манфред Тьерри Мюглер — и тут не нужно искать двойного дна: «Я не переименовывал себя, — говорит маэстро, — Манфред — мое имя по паспорту. Для работы в модной индустрии мне нужно было, чтобы имя звучало по-французски, а у Манфреда австро-немецкие корни. Поэтому все эти годы я хранил свое настоящее имя в секрете».

Тьерри Мюглер и Ким Кардашьян, 2019 год

Метаморфозы, которые произошли с его телом, породили множество замечаний о неудачной пластической хирургии и споров о том, где в спортзале кончается красота и начинается уродство. Манфред трезво объясняет, что это не трансформация, а скорее эволюция: «Одна из причин, из-за которой я ушел из моды в том, что за 20 лет бессонных ночей создания супергероев и супергероинь я совершенно запустил себя. Я дошел до момента, когда уже был взбешен тем, что занимаюсь другими, а не собой. Не забывайте, что я 15 лет был танцором, занимался на трапеции, акробатикой и катакали (индийский танец, сочетающий пантомиму, вокал, боевые искусства и элементы акробатики — Прим. BURO.). Это тяжелый и жестокий спорт. Физические перемены как бы стали возвратом к себе, ремонтом себя».

Слова выше взяты из одного из последнего интервью дизайнера, которое он дал журналу Numero два года назад. Сегодня Манфред Тьерри Мюглер все еще неохотно общается с журналистами и даже просит не болтать лишнего своих друзей. Все точки над i расставляют слова Жан-Жака Пикара — друга дизайнера, уважаемого всеми консультанта LVMH: «Мюглер ведет величайший образ жизни создателей своего поколения. Вопреки тому, что люди воображают, он намного красивее, чем когда был молодым. За бодибилдингом стоит мужчина, более нежный, чувствительный и трогательный, чем когда-либо. Тьерри далеко не оторван от мира моды. Он знает все, что происходит, знает имена всех новых дизайнеров. Не исключено, что он однажды вернется к созданию коллекций».

Оставьте комментарий