Поиск

Актер Джон Дэвид Вашингтон — о новом фильме «Малкольм и Мари», дружбе с Зендаей и знаменитом отце

Текст: Юлия Чарышева-Лоло


5 февраля на Netflix выходит «Малкольм и Мари» — новый фильм режиссера сериала «Эйфория» Сэма Левинсона. В главных ролях в черно-белой драме — муза режиссера Зендая, которая благодаря главной роли в «Эйфории» осенью прошлого года стала самой юной обладательницей «Эмми» за роль в драматическом сериале, и номинант на «Золотой глобус», старший сын оскароносного Дензела Вашингтона и звезда «Тенета» Джон Дэвид Вашингтон. По сюжету режиссер вместе с подругой возвращается домой после премьеры своего дебютного фильма. Их невинная, на первый взгляд, полуночная беседа перерастает в настоящую драму. BURO. поговорило с актером о подготовке к этой роли, съемках во время карантина и о его отношениях со знаменитым отцом.


О ПРОЕКТЕ


Съемки «Малкольма и Мари» начались в самый разгар пандемии, и в связи с карантином мы были весьма ограничены в возможностях. Мы снимали в Кармеле, Калифорния, на ранчо, закрытом для публики на карантин (известный Caterpillar House. — Прим. BURO.), поэтому мы чувствовали себя в безопасности, особенно учитывая многочисленные протоколы, которые мы обязаны были соблюдать по правилам гильдий сценаристов WGA, продюсеров PGA и актеров SAG/AFTRA. Такие условия дали нам отличную возможность создать историю, которую мы изначально разрабатывали все вместе. К началу съемок у Сэма Левинсона было, кажется, всего 65 страниц сценария, даже без третьего акта. Но когда мы начали готовиться к съемкам, и в первый, и во второй акт динамично вносились изменения по итогам наших обсуждений на площадке. В итоге мы запустили съемки через 12 дней.


ТО, ЧТО ВЫ ВИДИТЕ НА ЭКРАНЕ, — «ОЛИМПИЙСКИЕ ИГРЫ» ПО УРОВНЮ ТОКСИЧНОСТИ И ЛЮБВИ.

Эти беседы и репетиции многое открыли в нас самих и дали нам возможность поразмыслить о нашем отношении к киноиндустрии и актерскому искусству. Фильм наполнен эмоциями, по сути они заменяют движение. То, что вы видите на экране, — «Олимпийские игры» по уровню токсичности и любви. Это очень сложная история полиаморных отношений между мужчиной и женщиной, которую мы видим в разных измерениях и сквозь призму того, что они любят. Мы периодически смотрим на героев с улицы сквозь стеклянные стены этого дома, и, как подметил Сэм, из-за этого они напоминают нам двух змей, запертых в стеклянной клетке. В сочетании с музыкой в совершенно разных жанрах это создает невероятный эффект. Мне самому, к слову, очень нравится трек Outcast, который называется «Liberation». Он звучит в финальных титрах, и в некоторой степени это гимн нашей универсальности не только как актеров, но и как людей.


О СВОЕМ ГЕРОЕ


Актер Джон Дэвид Вашингтон — о новом фильме «Малкольм и Мари», дружбе с Зендаей и знаменитом отце (фото 1)

Поскольку мы снимали во время карантина, мне довелось провести много времени наедине с самим собой. Неопределенность и непонимание того, какое будущее ждет кинобизнес после пандемии, заставляли меня нервничать. Я не понимал, смогу ли я снова сниматься и зарабатывать на жизнь любимым делом, хотя я бы согласился работать и бесплатно. Когда я стал одним из продюсеров нашего фильма, вложив в него свои деньги, это стало для меня отличным тестом. Можно сказать, я заплатил за участие в нем, и вот что из этого вышло (смеется). В уста Малкольма мне удалось вложить все эмоции, которые я испытывал на карантине, и все, что я накопил в себе за годы работы в кино. Мой герой произносит слова, которые я бы никогда не сказал, использует тактику в споре, для меня не свойственную. Мои монологи и наша с Зендаей страстная полемика в какой-то степени помогли мне определиться с пониманием киноиндустрии в целом. В общем, со мной произошел эмоциональный прорыв, мне пришлось погрузиться в темные глубины, о существовании которых я и не подозревал. И Малкольм, и Мари — мастера психологической манипуляции. Она не так уж и невинна, постоянно его провоцирует, закладывает психологические мины на поле спора, и он постоянно на них наступает. Все это помогло мне лучше понять искусство дебатов и осознать, что не всегда стоит идти до конца, потому что не исключено, что взять свои слова обратно уже не будет шанса. Благодаря этому фильму я научился отвечать, а не реагировать.

Актер Джон Дэвид Вашингтон — о новом фильме «Малкольм и Мари», дружбе с Зендаей и знаменитом отце (фото 2)

В УСТА МАЛКОЛЬМА МНЕ УДАЛОСЬ ВЛОЖИТЬ ВСЕ ЭМОЦИИ, КОТОРЫЕ Я ИСПЫТЫВАЛ НА КАРАНТИНЕ... БЛАГОДАРЯ ЭТОМУ ФИЛЬМУ Я НАУЧИЛСЯ ОТВЕЧАТЬ, А НЕ РЕАГИРОВАТЬ.


О ПОДГОТОВКЕ К РОЛИ


Наш фильм чем-то напоминает драму «Кто боится Вирджинии Вульф?» с Элизабет Тейлор и Ричардом Бертоном, но я не стал пересматривать этот фильм перед съемками, чтобы не создавать себе дополнительный стресс. Ведь игра этих актеров безупречна! Зато я пересмотрел один из своих любимых фильмов Джона Кассаветиса — «Лица« 1968 года. И еще «Битву за Алжир» Джилло Понтекорво, снятый в 1966-м, эта картина тоже помогла мне вжиться в роль. В «Малкольме и Мари» мне пришлось не столько произносить много реплик, сколько передать максимальный натурализм, реалистичность происходящего на экране. В этом мне очень помог другой фильм Кассаветиса — «Премьера» 1977 года. Во многих фильмах этого режиссера актерское исполнение основано на натурализме и правде, и мы говорили об этом подходе с Сэмом и Зендаей.


О ЗЕНДАЕ


Актер Джон Дэвид Вашингтон — о новом фильме «Малкольм и Мари», дружбе с Зендаей и знаменитом отце (фото 3)

Я невероятный фанат и Сэма Левинсона, и Зендаи. Помню, какие чувства я испытал после просмотра «Эйфории», мне казалось, я никогда не видел ничего подобного. Зендая была известна и до этого сериала, но я не подозревал, насколько она глубокая актриса, я был поражен и пленен ею. Мы не были знакомы лично до «Малкольма и Мари», но когда я услышал, что они с Сэмом готовят этот проект, я понял, что просто обязан принять в нем участие. Зендая оказалась очень добрым человеком, мне кажется, она талант поколения и разноплановая личность. Я был рад, что в этом фильме она смогла показать, насколько она женственна. Зендая в этом бизнесе дольше, чем я, и она рассказала мне много историй, что помогло нам выстроить отношения. Мы, кстати, оба поклонники Beyonce (смеется), это нас тоже сблизило.


ОБ ОТНОШЕНИЯХ С ДЕВУШКАМИ


Боюсь, что я был недостаточно зрелым в эмоциональном плане человеком, чтобы сохранить отношения, которые были у меня в прошлом. Я долгое время был одинок, но сейчас чувствую себя готовым к новым серьезным отношениям. Я определенно знаю, чего хочу, а это очень важно в общении с другими людьми. Любовь — это всегда выбор, а не необходимость. И, конечно, мы все хотим любить, но не всегда понимаем, на что готовы пойти, чтобы сохранить эту любовь.


О ЗНАМЕНИТОМ ОТЦЕ


Актер Джон Дэвид Вашингтон — о новом фильме «Малкольм и Мари», дружбе с Зендаей и знаменитом отце (фото 4)
Дензел и Джон Дэвид Вашингтоны

Мне повезло иметь отца, который всегда меня поддерживает. Он очень гордится своими детьми. Помню, мне было пять лет, когда я впервые увидел, как отец играет в одной постановке из серии «Шекспир в парке» и превращается из моего папы в своего героя. И именно тогда я впервые задумался об актерстве, но мне не хотелось, чтобы люди говорили, что моя карьера сложилась благодаря знаменитому отцу. Это, кстати, в принципе невозможно, в нашей семье никогда не было протекционизма. Тем не менее я выбрал совершенно другую сферу — футбол (с 2006 по 2012 год Джон профессионально занимался американским футболом, играл на позиции раннинбека. В 28 лет из-за серьезной травмы его футбольная карьера прекратилась. — Прим. BURO.). Сегодня я понимаю, что мои спортивные неудачи во времена NFL отлично подготовили меня к актерской профессии, я стал отказоустойчивым и не расстраиваюсь, если не прохожу прослушивание на роль (смеется). При этом я свой самый страшный критик, мне никогда не нравится то, что я вижу на экране. Каждый раз я думаю, что моей карьере конец. И я всегда обсуждаю это с мамой, не с отцом, она лучше чувствует, когда я беру фальшивую ноту (мама Джона — актриса и пианистка Полетта Вашингтон. — Прим. BURO.). Забавно, что когда я получил сценарий «Малкольма и Мари», я читал его маме снова и снова, и она постоянно меня останавливала, когда я звучал недостаточно искренне.


Я СВОЙ САМЫЙ СТРАШНЫЙ КРИТИК, МНЕ НИКОГДА НЕ НРАВИТСЯ ТО, ЧТО Я ВИЖУ НА ЭКРАНЕ.

То, что мой отец знаменит, я стал понимать после выхода его фильма «Малкольм Икс» в 1992 году: во-первых, в нашем доме появилась охрана, а во-вторых, на улице к отцу стали подходить люди и признаваться ему в любви. Еще я помню крутые футболки с отцом, они мне очень нравились. А когда мне было 8 лет, мы всей семьей полетели отдыхать в Италию. Тогда я впервые оказался за пределами США и попробовал пиццу «Маргариту». Жили мы в Амальфи, и отца даже там узнавали! Люди не говорили по-английски, но все хотели поздороваться с Дензелом Вашингтоном, и это было потрясающе!


«Малкольм и Мари» с 5 февраля на Netflix

Статьи по теме

Подборка Buro 24/7