Поиск

Скейтбординг и токсичная маскулинность: что ждать от режиссёрского дебюта Джоны Хилла

Скейтбординг и токсичная маскулинность: что ждать от режиссёрского дебюта Джоны Хилла

Что символизирует скейтборд в кино и почему «Середина 90-х» похожа на первый фильм Греты Гервиг в качестве режиссёра

Текст: Марина Аглиуллина


В российский прокат вышла драма «Середина  90-х» — один из самых ожидаемых фильмов года, режиссёрский дебют актёра Джоны Хилла. На Buro. —подробный разбор, чего ждать от картины о взрослении в 90-е в Америке.

13-летний Стиви живёт с матерью-одиночкой и старшим братом, но наладить контакт с ними у него не получается: мать слишком сосредоточена на налаживании личной жизни, а абьюзивный брат занят выстраиванием образа крутого парня, не подразумевающего нежности к младшему. Эта ситуация вместе с вступлением в подростковый период толкает Стиви к поиску референтной группы — людей, которые будут ему друзьями и эталоном поведения, образа жизни, ценностей и стиля. На улице он замечает несколько ребят чуть старше со скейтами, и Стиви решает, что хочет быть таким же крутым. Сначала он приходит в скейтерский магазин, где тусуется приглянувшаяся ему компания, потом идёт с ними кататься, потом крадёт у матери деньги на новую доску, потом катается вместе с новыми друзьями на больших скейтерских сборищах, ходит с ними на вечеринки и убегает от полиции. Он начинает курить, пить и врать матери. Стиви готов пойти на всё, чтобы стать своим и получить одобрение старших товарищей.

Скейтбординг, придуманный сёрферами в 1940-х, чтобы тренироваться, когда нет волн, начал широко распространяться в 70-е. Тогда это преимущественно было уделом подростков и молодых людей, а поколения постарше чаще всего видели в скейтбординге шумное, опасное и бестолковое развлечение. Возможно, именно поэтому в кино скейтборд стал символом подростков, взросления, контркультуры и бунта против родителей. Доска для скейтбординга —постоянная спутница Марти Макфлая из «Назад в будущее», ради возможности покататься на скейте отлынивает от работы Иван — противопоставляющий себя обществу герой драмы Карена Шахназарова «Курьер», возможность покататься — главная радость старшеклассника трудной судьбы Алекса из «Параноид-парка» Гаса ван Сента.

Сейчас подростки 70-х, 80-х и 90-х уже взрослые ребята. Некоторые из них пронесли любовь к скейтбордингу через годы, и те, кто добился в жизни каких-то высот, берут свою ностальгию по юности и серьёзное отношение к скейту и присваивают этому увлечению новый статус в поп-культуре. Например, дизайнер Гоша Рубчинский совершенно точно стал одним из катализаторов интереса к скейтбордингу: буквально пару лет назад он заполнил мировые подиумы и концепт-сторы скейтерской одеждой и эстетикой 90-х, к которой в своём режиссёрском дебюте отсылает и Джона Хилл. Неудивительно, что российская премьера «Середины 90-х» прошла совместно со скейт-шопом Рубчинского «Рассвет»: 35-летний Хилл — почти одногодка дизайнера, и когда-то тоже был подростком со скейтбордом, а сегодня — успешный актёр, лицо скейтерских брендов и икона стиля. Хилл придумал, написал сценарий и снял «Середину 90-х» как зарисовку о личных воспоминаниях: в середине 90-х ему было 12–13 лет, как и его герою Стиви, и в картине чувствуется подёрнутая дымкой воспоминаний нежность создателя к своему детству. У Джоны Хилла, как и у режиссёров до него, скейт — символ взросления и атрибут бунта против старших. Доска на колёсах становится для Стиви пропуском во взрослую жизнь и возможностью завести друзей, когда дома он чувствует себя чужим.

Говоря о «Середине 90-х», хочется вспомнить о другой ровеснице Хилла (и Рубчинского) — Грете Гервиг. Гервиг, как и Хилл, начинала с актёрства и выпустила свой режиссёрский дебют «Леди Бёрд» на год раньше Хилла. Между их фильмами невозможно не заметить параллели: они оба о взрослении, сделаны с изрядной долей юмора и искренности, они не прилизаны, вплоть до несовершенств кожи, которые никто не пытается скрыть под гримом. Это женский взгляд на взросление девочки под давлением токсичных норм и стереотипов — и мужской взгляд на взросление мальчика под давлением токсичных норм и стереотипов. Леди Бёрд и Стиви хотят одних вещей — отмежеваться от своих проблемных семей, соответствовать распространённым представлениям о крутости и быть принятыми теми, кто этим представлениям уже соответствует, но гонка за исполнением этих желаний вытаскивает из Леди Бёрд и Стиви неприятные черты. Стиви взрослеет в атмосфере токсичной маскулинности: его старший брат бьёт его, стесняется своих чувств, решает проблемы кулаками и склонен унижать других, а новые друзья в разной градации также действуют по принципам токсичной маскулинности из-за стресса от ощущения вечной конкуренции, сложности в проявлении чувств и желания что-то доказать, рискуя жизнью. Их неприятные поступки сложно осуждать, потому что они спровоцированы общественными нормами, с которыми можно порвать только осознанностью и усилием воли.

Вероятно, сегодня, когда вся продвинутая часть мирового сообщества пытается подвинуть и переосмыслить устаревшие и нездоровые нормы и стереотипы, нагромождённые за века существования нашей цивилизации, именно таким и должно быть кино о взрослении: критичным, но не морализаторским, визуально привлекательным, но естественным, говорящим о важном, но не пафосным. С одной стороны, «Середина 90-х», как и «Леди Бёрд», не выглядит как что-то невероятное — крепко сделанный фильм, не более, но, с другой стороны, это тот новый, здоровый кинематографический взгляд на реальность, который должен был появиться как часть происходящих глобальных изменений.