Сегодня, 4 сентября, вышел дебютный альбом исполнительницы вирусного хита этого лета «Ain't In LA» — песни о том, что для того, чтобы быть крутой, не обязательно уезжать в Нью-Йорк или Лос-Анджелес. Сама автор, правда, родную Братиславу все же оставила — и не зря: в 22 года она уже успела покорить любителей прогрессивного дэнс-попа в США и не только. Рассказываем, что нужно знать о королеве танцполов этого года.
Адела Жергова шутит, что приехать на интервью в 9:30 для нее не проблема, ведь она привыкла вставать в 6. И вообще, главное, чему ее научил балет, — железная дисциплина. Занятиям у станка певица отдала больше десяти лет, а началось все (еще один неожиданный факт!) в Москве, где жила семья Аделы, когда та была совсем маленькой, — первые уроки девочка взяла в три года именно в российской столице. «Знаете, мы в Восточной Европе хороши в балете, — говорит она в интервью Numero. — Это одна из немногих сфер искусства, где у нас реально построить карьеру».
Дальше была Вена, куда девушка в одиночку отправилась в 14 лет и где занималась в Государственной академии оперы и балета, и Лондон — сюда она переехала спустя два года, поступив в Национальную балетную школу.
Впрочем, уже в британской столице Адела поняла, что не хочет связывать с классическим танцем жизнь — ее начали угнетать жесткие рамки, в которые загоняет артистов этот вид искусства. «Я буквально выросла в атмосфере жестких тренировок, — вспоминает она. — Ну, знаете, все эти пожилые женщины родом из СССР, которые курят в классе и заявляют вам: "Ты толстая!"». В неполные 18 Аделе хотелось быть уникальной и самобытной — и в итоге она выбрала шоу-бизнес. Правда, насовсем с балетом не простилась. Именно к нему отсылает название дебютного альбома певицы — «Prima». А в клипе на лид-сингл «KGB» она танцует в пачке на театральной сцене и с балетной грацией дает отпор сотруднику советских спецслужб.
В той самой песне есть строчка: «Мне было, типа, восемь, когда я работала в ночную смену, учила английский. Я, словно шпионка, изучала это все. Называй меня КГБ-сучкой». Адела не погрешила против истины: к КГБ она, конечно, отношения не имеет, но иностранный язык и правда учила с детства по видео на YouTube, песням и любимому сериалу «Ханна Монтана» — причем первое время тайком от родителей. Певица признается, что не хотела, чтобы их пессимизм передался и ей. Уже в 9 лет Адела говорила по-английски свободно, сегодня она на нем поет, дает интервью и сочиняет песни, а разговаривает вовсе без акцента.
Покинув балетную школу, Адела решила покорять мир западной музыки, благо данные для того, чтобы стать международной поп-звездой, у нее уже были. В тот период ей попалось на глаза интервью Оливии Родриго для Elle. В нем артистка упомянула свою преподавательницу по вокалу — Дженнифер Дастмен. Адела отыскала контакты коуча, и та взяла ее под свое крыло — они начали заниматься дистанционно. Вскоре именно Дастмен сообщила подопечной, что два гиганта — HYBE (южнокорейская корпорация, управляющая несколькими музыкальными лейблами и контролирующая карьеры ключевых k-pop-звезд — от BTS до LE SSERAFIM) и Geffen Records, известный американский лейбл из пакета Universal Music, — запускают интернет-реалити The Debut: Dream Academy для YouTube с целью сформировать новую женскую группу по лекалам k-pop. Снова тайком от близких Адела подала заявку, прошла отбор и оказалась одной из 20 счастливиц, которых взяли в шоу (всего в него пытались попасть более 120 000 девушек со всего света).
Увы, радость длилась недолго: певица переехала в Лос-Анджелес, но выбыла уже после первого раунда зрительского голосования, исполнив вместе с другими участницами кавер-версию на хит Blackpink «Pink Venom». Сама Адела признается, что тот период был для нее тяжелым морально, но в конце концов она поняла, что все к лучшему: ей незачем было становиться вокалисткой группы. «Когда я была на шоу, как и когда занималась балетом, я чувствовала, что важная часть меня подавляется», — призналась она позднее в интервью Harper's Bazaar.
Кстати, с победительницами, солистками группы KATSEYE, которую создали по итогам проекта, Адела до сих пор дружит — в этом году они даже побывали вместе на концерте Арианы Гранде.
Выбыв из шоу, Адела решила не возвращаться в Братиславу — она осталась в Лос-Анджелесе и самостоятельно начала сольную карьеру. Первой песней, которую она выложила на стриминги, стала «Homewrecked» — о сложных отношениях с отцом-изменщиком. Шаг стал судьбоносным: в TikTok трек услышала звезда экспериментального попа Граймс, которая до этого уже знала Аделу по Dream Academy, и тут же предложила сотрудничать. Вместе они записали и спродюсировали композицию «MachineGirl». «Она задвигает свое эго на второй план и просто приглашает молодых артистов в студию, чтобы с ними сотрудничать, — говорит о коллеге Адела. — Все их идеи она принимает всерьез».
Как говорится, дальше все как в тумане. В 2025-м певица из Словакии подписала контракт с гигантом Capitol Records, в августе того же года выпустила EP «The Provocateur» (в клипе на трек «SexOnTheBeat» с него снялась сама Кристина Агилера) и отправилась в одноименный тур. А уже весной 2026-го начала выпускать синглы в поддержку будущего большого дебюта — «Prima».
Адела далеко не первая певица из небольшой европейской страны, покоряющая международные чарты, — до нее были как минимум Дуа Липа и Рита Ора. Но она, пожалуй, одной из первых сделала национальную идентичность частью имиджа и решилась откровенно рассказать, кто она и откуда пришла. В «KGB» девушка описывает путь, который преодолела, прежде чем оказаться в США, и иронизирует над символами, связанными с советским прошлым своей страны (Чехословакия, частью которой до 1990-х была Словакия, не входила в СССР, но относилась к так называемому Варшавскому блоку, объединению стран-союзников советского режима).
Второй сингл с альбома — «Ain't In LA» (достиг 61-й строчки в Billboard Hot 100 и сделал Аделу первой словацкой исполнительницей, попавшей в этот престижный чарт) — рассказывает об уважении к корням и о том, что каждый может быть крутым, где бы он ни жил, — для этого не обязательно ехать в Америку. «Это все ложь, — поет Адела. — Самые классные сучки живут не в ЛА». В клипе на трек можно увидеть интерьеры и мебель, до боли знакомые каждому, кто вырос в Восточной Европе, а Адела танцует с детьми, одетыми в словацкие национальные костюмы, на фоне кустарного плаката с надписью Hollywood.
Текст песни, разумеется, очень личный, а стоит за ним не только собственная история певицы, но и история ее мамы. «Мама делила комнату с тремя младшими братьями и сестрами, а стены были увешаны постерами поп-звезд, — рассказала Адела в своих соцсетях. — Мой дедушка (ее папа) работал на немецких шахтах, и она просила его тайком привозить эти плакаты, потому что западный контент в коммунистической Чехословакии был под запретом. Помню, в ванной у бабушки висело большое фото Мадонны. Я всегда глазела на него, когда была маленькой. Мама — это я, а я — это она. Но гораздо более везучая и свободная».
Уже в первые несколько недель после релиза трек завирусился в TikTok: молодые люди со всего мира стали снимать под него видео про родные города — впервые за много лет те, кто вырос вне западного мира, наконец почувствовали себя увиденными.
Для работы над «Prima» Адела сумела собрать команду мечты. Возглавили ее Дилан Брейди из легендарного гиперпоп-дуэта 100 gecs и Блейк Слаткин, известный сотрудничеством с Джастином Бибером, SZA и Эдом Шираном. Пластинка получилась настоящим оммажем кумирам детства певицы. Здесь можно услышать отсылки к звучанию Арианы Гранде («Red Bottoms»), Бритни Спирс («Boys») или Рианны («Ain't in LA»). Темы песен не исчерпываются размышлениями о собственной культурной идентичности: «Prima» — это дневник 22-летней девушки, которая оказалась в чужой стране и на пороге славы. В «Nicole Kidman» Адела изобличает сексизм в шоу-бизнесе, в «Boys» — токсичную маскулинность. В «Red Bottoms» рефлексирует над несчастливыми отношениями, в «Hitachi» фиксирует их распад, а в «Therapy» жалуется воображаемому психотерапевту, что скучает по родным и что вынуждена подстраиваться под требования «старых белых мужчин».
Критики в целом приняли альбом благосклонно: они хвалят Аделу за дерзость и способность «разбить четвертую стену», то есть рассуждать о славе поп-звезды не только изнутри системы, но и снаружи и таким образом трезво осмыслять свой опыт. Судя по всему, перед нами будущая поп-дива, которая однажды сможет встать в один ряд с теми, чьи постеры висели над кроватью ее комнаты в родной Братиславе.
04.09.26, 18:54
Другие истории
Подборка Buro 24/7