Girlboss, амбициозная карьеристка-трудоголик, когда-то была символом освобождения. Однако сегодня у части девушек этот образ все чаще ассоциируется с очень уставшей женщиной, чей календарь забит на три недели вперед. Закономерно, что маятник качнулся в другую сторону. Эмансипация дала нам то, чего у многих поколений женщин действительно не было: возможность получать образование, самостоятельно зарабатывать, выбирать профессию, строить карьеру и экономически не зависеть от мужа.

Но культура достижений незаметно произвела подмену. «Ты можешь» постепенно превратилось в «ты должна». Это стоит рассматривать через разрыв между реальным и идеальным «я». Чем подробнее культура описывает нам человека, которым мы должны стать, тем больше появляется точек, в которых обнаруживается собственное несоответствие: «Я недостаточно успешна, продуктивна, интересна и реализована». Поэтому отказ от амбиций для части молодых женщин становится попыткой вернуть себе право на жизнь, которая не обязана постоянно приносить измеримый результат. Появляется понимание и более безопасное ощущение, что не обязательно строить карьеру, превращать хобби в источник дохода или все время доказывать собственную ценность.

Tradwife-контент показывает размеренную домашнюю жизнь, бытовые радости и воспитание детей. В этой концепции зрителю не демонстрируют рабочие чаты, пробки по дороге в офис или тревогу перед совещанием. Именно поэтому психологическая привлекательность таких роликов оказывается гораздо шире их идеологии. Современная работа часто абстрактна: можно весь день отвечать на сообщения, созваниваться и согласовывать документы, а вечером не очень понимать, что именно ты сегодня создал. Домашний труд устроен иначе: была мука — появился хлеб, была грязная комната — стала чистая.

Здесь появляется понятный результат, предсказуемость и ощущение непосредственной значимости собственных действий. На фоне мира, где человеку постоянно приходится выбирать, конкурировать, планировать будущее и жить в условиях неопределенности, такая жизнь может восприниматься как психологически безопасная.

Не стоит объяснять популярность tradwife исключительно консервативным поворотом. Здесь может работать и другой механизм. Молодые женщины увидели перед собой определенный пример поведения — постоянную усталость от работы, бесконечную гонку за лучшей версией себя, необходимость снова и снова доказывать собственную силу, независимость и автономность — и не захотели его повторять.

Пример старших поколений мог не вдохновить женщин стать такими же, а, наоборот, подтолкнуть к решению выстроить свою жизнь иначе. Если матери, бабушки и прабабушки веками боролись за право быть самостоятельными, успешными и независимыми, то часть девушек сегодня выбирает образ, который выглядит как антипод этой модели: выйти замуж, сосредоточиться на доме и семье и стать той, с чьим образом так долго пытались спорить.

Поэтому иногда женщина, сохраняющая видео в стиле tradwife, фиксирует вовсе не идею «мужчина должен быть главным». Она сохраняет фантазию: «А можно мне тоже наконец никуда не спешить?»

В красивой картинке традиционной жизни есть важная слепая зона: дом не обслуживает себя сам. Кто-то должен приготовить еду, купить продукты, постирать одежду, записать ребенка к врачу, помнить, когда заканчивается зубная паста, организовать день рождения и решить, что семья будет есть завтра.

По данным Организации экономического сотрудничества и развития, даже в развитых странах женщины тратят на неоплачиваемый домашний труд и заботу о близких около четырех часов в день, мужчины — около двух. То есть отказ от офисной работы вовсе не обязательно означает отказ от работы вообще. Иногда это просто переход из оплачиваемой экономики в неоплачиваемую. Здесь особенно важно различать выбор и предписание.

Есть огромная разница между «Я хочу заниматься домом, и мы с партнером организовали жизнь так, чтобы я могла это делать» и «Мой правильный способ быть женщиной — обслуживать мужа, потому что иначе со мной что-то не так». В первом случае перед нами выбор. Во втором — предписание.

Проблема не в самой модели — карьерной или домашней, — а в том, что она оказывается единственно правильной. Оба варианта становятся психологически опасными в тот момент, когда превращаются из одного из возможных сценариев жизни в обязательный. Фраза «Настоящая современная женщина должна быть финансово независимой, амбициозной и строить карьеру» несет такую же нездоровую категоризацию, как и «Настоящая женщина должна заниматься мужем, детьми и домом». Меняется содержание, но остается само требование.

Выход из одной системы требований не должен означать переход в другую. Настоящая свобода начинается именно там, где заканчивается необходимость останавливаться на одной красивой картинке и соответствовать ей до конца жизни. Раз уж мир столько лет говорил, что женщина может выбирать свою жизнь сама, стоит разрешить ей наконец это делать.

Не превращать каждое увлечение в источник дохода. Не стремиться обязательно стать руководителем. Не увеличивать заработок каждый год. Не иметь 10-летний план развития. Хотеть семью сильнее, чем должность. Или, наоборот, хотеть должность и не хотеть семью.

Психологическая зрелость не измеряется ни карьерными амбициями, ни степенью соответствия идеалам tradwife. Гораздо важнее другой вопрос: это действительно моя жизнь или просто очередной красивый сценарий, которому я пытаюсь соответствовать? Потому что выйти из одной системы требований только затем, чтобы немедленно попасть в другую, — довольно сомнительный способ обрести свободу.